Нет, дело было вовсе не в Кэрри. Эмили сразу поняла, что с появлением малышки в доме нужно установить новый порядок, и это не требовало каких-то особых компромиссов.
Это Карен отравляла жизнь Эмили. Не успела она принести домой ребенка из роддома, как начала заговаривать о том, что было бы лучше отправить Эмили в школу-интернат. Поначалу Эмили надеялась, что мачеха поговорит-поговорит об этом и забудет. Но вскоре стало ясно, что та настроена решительно. Она убедила отца Эмили в том, что девочке нужен более строгий режим, что она болтается с ребятами, которые оказывают на нее дурное влияние. Из-за Карен отец начал беспокоиться по поводу поведения Эмили. Тогда-то мачеха и заявила, что единственный выход – поместить Эмили в интернат.
Эмили не очень-то много знала о школах-интернатах. Но чувствовала одно: Ласковая Долина – ее родной дом, и ничто на свете не заставит ее уехать отсюда.
– Ничто! – произнесла она громко, и при этом ее брови решительно сошлись на переносице.
Об отъезде не могло быть и речи. Особенно после того, как появился Дан Скотт.
Между Эмили и Даном Скоттом ничего особенного не было. Они были просто друзьями – по-настоящему хорошими друзьями. Он был бас-гитаристом в «Друидах», и в последнее время они с Эмили много репетировали вместе и разговаривали о многих вещах: о музыке, о будущем. Постепенно они очень сблизились. Эмили еще не знала толком, как относится к Дану. Но ей хотелось узнать его поближе.
«Вот еще одна причина убедить папу, что меньше всего мне нужен этот интернат», – думала девочка.
Эмили понимала, как трудно будет доказать отцу, что Карен не права. Но она была убеждена, что иного выбора у нее нет. И давно пора, говорила она себе, попробовать переубедить его. Настало время показать Карен, что Эмили Майер не собирается покидать этот город!
– Ужин готов! – сообщила Элис Уэйкфилд, входя в гостиную.
На ее милом лице играла улыбка. Белокурая и голубоглазая, миссис Уэйкфилд была стройной и выглядела не по годам молодо: она легко могла сойти за старшую сестру своих близнецов. Мать девочек служила дизайнером по интерьерам, и ее работа была не только высокооплачиваемой, но и очень ответственной.
– Я не знаю, как тебе это удается, Элис, – с одобрением произнес дедушка Уэйкфилд, загоревшимися глазами разглядывая блюда, расставленные на столе в столовой. – Как ты умудряешься, работая полный рабочий день, еще и приготовить такой ужин. Это выше моего понимания!
– Мир сильно изменился, Боб, – сказала, подтрунивая над ним, бабушка Уэйкфилд, когда вся семья уселась за стол. – Тем не менее, Элис, – призналась она, – ты меня пристыдила. Боюсь, бедняга Боб целую вечность не пробовал вкусной домашней еды. После того как я вернулась в колледж, мы в основном питаемся полуфабрикатами и готовыми блюдами из китайского ресторана.
– По-моему, прекрасно, что ты решила вернуться на работу! – с энтузиазмом воскликнула Элизабет. – Бабушка, а какая тема твоих исследований?
– Твоя бабушка – самый старый в Мичиганском университете соискатель на степень доктора философии по специальности «История Соединенных Штатов»! Порой я удивляюсь, зачем занимаюсь этим, – сказала она с усмешкой. – Все эти новоиспеченные выпускники колледжей приходят со своими рюкзаками и этими маленькими магнитофонными плейерами, которые слушают при помощи… ну ты знаешь… этих маленьких наушников…
– «Балдежников», – подсказала Джессика.
– А тут вдруг я! Но, знаете ли, мне действительно нравится учиться. И всегда нравилось, – призналась она, приглаживая свои коротко остриженные серебристые волосы и подмигивая голубыми глазами. – Кроме того, я узнаю так много захватывающего об истории нашей страны. Если вы, дорогие мои, не против, мне бы хотелось проехаться с вами по побережью. Примерно в часе езды к северу отсюда находится музей. Там удивительная экспозиция, которую мне бы хотелось посмотреть.
– Как здорово, бабушка! – воскликнула Элизабет.
К ее удивлению, Джессика тоже моментально загорелась, как только бабушка предложила эту поездку. История, если говорить откровенно, не входила в разряд увлечений сестры. Но было ясно, что, даже если бабушка с дедушкой предложили бы отправиться на Луну, она откликнулась бы с таким же энтузиазмом.
Элизабет и вправду не могла припомнить, чтобы Джессика вела себя подобным образом: она выглядела совершенно очарованной.
– Ты нас так избалуешь, моя дорогая, – сказал, подтрунивая, дедушка Уэйкфилд. – Сначала замечательно украсила дом, а теперь льстишь нам своим вниманием! Мой тебе совет, Джес, относись ко всему спокойнее. Иначе, может статься, тебе никогда не избавиться от нас!
– Это было бы прекрасно, – серьезно ответила Джессика, протянув руку к салатнице. – Я не шучу! – добавила она с возмущением, видя, что отец разразился смехом. – У всех, кого я знаю, дедушка с бабушкой живут поблизости. Могу поспорить, что я единственный ребенок в школе, который видит своих дедушку и бабушку только раз в году.
– Нет, ты не единственная, – поправила ее Элизабет. – А как насчет меня?
– Да-да, и ты тоже, – согласился отец, откинувшись на спинку кресла. В его темных глазах появились лукавые огоньки. – Не пытайтесь заставить дедушку и бабушку чувствовать себя виноватыми. Они просто хотят, – объяснил он своим родителям, – удостовериться в том, что вы не передумали насчет обещанной вами поездки на Хемпширскую площадь.
Хемпширская площадь была новомодным местом в центре соседнего городка, и близнецы вот уже несколько недель мечтали съездить туда. Но откладывали это удовольствие, чтобы в первый раз побывать там с дедушкой и бабушкой.
– О, мы об этом не забыли, ведь верно, Боб? – отозвалась бабушка Уэйкфилд, намазывая маслом второй кусок хлеба. – Как насчет четверга, во второй половине дня?
– Отлично! – в один голос ответили сестры.
– Бабуля, не могли бы мы в эти выходные съездить на побережье? – попросила Джессика, сверкая глазами. – Просто не верится, что моя родная бабушка скоро станет настоящим профессором! А ты не могла бы помочь мне с заданием по истории для мистера Яворски?
– Джессика, – осуждающе произнесла Элизабет, – у бабушки сейчас каникулы. И ей вовсе не хочется возиться с твоим заданием по истории!
– Чепуха! – воскликнула бабушка, улыбаясь. – Как я уже вам говорила, мои дорогие, больше всего на свете я люблю историю – разумеется, после моих внучат. Я буду рада помочь, и в эти выходные мы можем поехать куда вы только пожелаете.
– Ну, – подвела итог миссис Уэйкфилд, вставая из-за стола, – похоже, вам всем предстоит насыщенная неделя! Кто-нибудь желает десерт или кофе?
«У мамы усталый голос, – подумала Элизабет, взглянув на нее краем глаза, – да и выглядит она усталой».
Размышления Элизабет были прерваны дедушкой, который начал описывать то, что приключилось с ними в аэропорту. Он был отличным рассказчиком, его портреты попутчиков оказались столь живыми и забавными, что рассказ не раз прерывался дружным смехом всего семейства.
«Джессика права, – подумала про себя Элизабет. – Как прекрасно иметь рядом дедушку с бабушкой. С их появлением в доме воцарилась какая-то особенная атмосфера, словно наступил праздник. Если бы только они могли постоянно жить в Ласковой Долине!»
Но, с другой стороны, есть своя прелесть и в том, что бабушка и дедушка живут вдалеке. Элизабет знала, что Джессика в глубине души относилась к этому так же. Это позволяет внучкам жить в предвкушении тех нескольких чудесных недель, на которые бабушка с дедушкой приезжают к ним в гости.
Увидев выражение глаз сестры, Элизабет почувствовала, что Джессика думает так же, как она: они обе постараются сделать все возможное, чтобы продлить это очарование и в полную меру насладиться пребыванием здесь бабушки и дедушки!
3
– Эмили, – обратился к дочери мистер Майер, стоя в дверях ее спальни и ослабляя узел галстука, – не могли бы мы поговорить с тобой перед ужином наедине? Ты сейчас занята?
Это было вечером во вторник. Эмили просматривала заметки, которые дала ей Элизабет в редакции «Оракула», пытаясь найти тему для своей пробной статьи.
– Нет, вовсе нет, – ответила она, стараясь говорить бодрым голосом.
«Мне совсем не хочется писать эту пробную статью для «Оракула», – подумала она с огорчением. – Не гожусь я для такого рода занятий! Вместо этого я бы предпочла сейчас заняться новым репертуаром, который мы составили с Даном».
– Послушай, – начал отец, покачиваясь на каблуках, что делал всегда, когда был чем-то озабочен или взволнован. – Карен сообщила мне, что между вами возникли разногласия по поводу твоего распорядка дня. Она попросила меня поговорить с тобой об этом.
Эмили закусила губу.
«Ну вот, начинается! – подумала она, отложив заметки в сторону и повернувшись на вращающемся кресле лицом к отцу. – Похоже, Карен загнала отца в угол, как только он вернулся со службы домой».
И хотя Эмили очень боялась, что этот разговор может обострить их отношения, она была рада, что наконец они с папой смогут объясниться.
– Ты всегда говорил, что не настаиваешь на жестком распорядке дня, – напомнила отцу Эмили. – Помнишь? До тех пор пока я веду себя благоразумно и не начну вести себя безответственно.
Мистер Майер вздохнул и провел руками по седеющим волосам.
– Ты права, Эм, – признался он. – Именно так я и говорил, слово в слово. Я понимаю, что ты, должно быть, совсем растерялась. Ведь мы вместе с тобой разработали всю схему. А теперь все надо переиначить. Но, детка, тебе следует считаться и с Карен. А она думает… ну, в общем, она думает, что для тебя самой будет лучше, если в дальнейшем ты будешь жить по строго определенному распорядку дня.
Эмили глубоко вздохнула.
– И что же это за распорядок?
– Мы оба долго думали над этим, – промолвил отец. – И пришли к выводу, что было бы разумным, если бы ты возвращалась домой в будни не позднее десяти часов вечера, а в выходные дни – не позднее полуночи. Как, по-твоему, это справедливо?
"Безвыходное положение" отзывы
Отзывы читателей о книге "Безвыходное положение". Читайте комментарии и мнения людей о произведении.
Понравилась книга? Поделитесь впечатлениями - оставьте Ваш отзыв и расскажите о книге "Безвыходное положение" друзьям в соцсетях.