Они пытались разработать новый план действий. На борту «Рэмпиона» они продумали каждый шаг, и Золу повергала в отчаяние необходимость начинать все с нуля. Использовать записанное заранее видео они не могли, хотя копии были загружены не только в портскрин, но и во внутренний компьютер Золы и Ико. Не имело значения, сколько копий у них было, ведь без Кресс они не могли подключиться к сети вещания.

Они подробно обсуждали, как поднять восстание. Маха Кесли могла пустить среди шахтеров слух о возвращении Селены, а потом эта весть распространилась бы дальше. Или можно отправить гонцов по туннелям, и те будут оставлять на стенах сообщения. Но ждать придется слишком долго, и оставались сомнения – поймут ли люди и далеко ли разойдется ли новость?

Левана неспроста держала людей изолированно друг от друга. Именно поэтому до сих пор еще никто не предпринял попытки сплоченного восстания, а вовсе не потому, что ни у кого не возникало такого желания. Правительство постоянно вело пропаганду, внушая лунатикам веру в то, что царствование Леваны и ее предков предопределено самой судьбой. Но если судить по граффити в туннеле и по глазам рабочих, полным беспросветной тоски, люди перестали в это верить. Если вообще когда-то верили. Любую вспышку неповиновения подавляли голодом и угрозами, но чем больше Зола встречала жителей Луны, тем сильнее верила в то, что сможет повести их за собой. Все, что требовалось – найти способ обратиться к ним и поговорить.

Маха ушла к магнитной платформе, где выстроилась очередь за недельным рационом. Остальные рассматривали голографическую карту Луны. Прошло больше часа, но идей появилось мало. Зола чувствовала себя все более беспомощной, а свадьба Кая неумолимо приближалась. Как и коронация. И их неизбежное разоблачение.

Зола вдруг подскочила от неожиданно раздавшегося звона колоколов. Карта перед ее глазами погасла, канал связи перекрыло сообщение из столицы. Даже не выходя на улицу, Зола и так знала, что его будет транслировать дюжина встроенных в купол экранов – чтобы это увидел каждый житель Луны.

На экране появилось изображение главного мага Эймери Парка, красивого и высокомерного. Золу передернуло от отвращения.

«Добрые люди Луны, – начал он, – прошу, отложите свои дела и прослушайте это объявление. Боюсь, что у нас трагическая новость. Сегодня рано утром Ее Королевское Высочество, принцесса Зима Хейл-Блэкберн, падчерица Ее Величества Королевы, была найдена убитой в королевском зверинце».

Зола мрачно переглянулась с друзьями. Она мало знала о принцессе: только то, что та очень красива и народ любит ее, а, значит, Левана ее ненавидит. Зола слышала и о шрамах на лице принцессы, и о том, как они появились.

«Мы просматриваем записи камер наблюдения, чтобы найти убийцу и привлечь его к суду, и не успокоимся, пока наша любимая принцесса не будет отомщена. Ее Величество королева опустошена этой потерей, но, согласно ее желанию, свадебная церемония состоится несмотря ни на что. Пусть у нас будет хоть немного радости посреди этой скорби. Похороны Ее Высочества будут назначены в ближайшее время. Нам всем будет не хватать принцессы Зимы Хейл-Блэкберн, и мы никогда ее не забудем».

Лицо Эймери исчезло.

– Думаете, Левана убила ее? – спросила Ико.

– Конечно, – ответила Зола. – Хотелось бы знать, чем это принцесса ее так разозлила.

Торн скрестил на груди руки.

– Не уверен, что нужно делать что-то особенное, чтобы она разозлилась.

Он выглядел еще более измученным, небритым и усталым, чем в тот день, когда Зола впервые увидела его в тюрьме Нового Пекина. Никто не осмеливался говорить о Кресс, но Зола знала, что он переносит потерю гораздо тяжелее, чем все остальные, ведь после их встречи в Фарафре Торн чувствовал ответственность за Кресс. И, вероятно, думала Зола, его чувства к ней гораздо глубже.

Внезапно Волк вскинул голову и напряженно посмотрел в окно, затянутое тканью. Зола насторожилась, приготовившись стрелять или пустить в ход лунный дар – в зависимости от того, что им угрожает. Она чувствовала растущее напряжение. Все молча смотрели на Волка. Его нос дернулся, он нахмурился. В глазах промелькнуло сомнение. Затем догадка…

– Волк? – окликнула его Зола.

Он снова принюхался, в глазах вспыхнул огонь, и в следующий миг он промчался мимо друзей и выскочил на улицу, хлопнув дверью.

Зола вскочила на ноги.

– Волк! Что ты…

Слишком поздно, выругалась она. Не самое лучшее время, чтобы бегать по округе, привлекая к себе внимание. Она надела сапоги и помчалась следом.

* * *

Скарлет посадила челнок в крошечном порту, где стояло всего два старых курьерских корабля. Когда двери шлюза закрылись, на потолке вспыхнули две слепящие лампы, одна из которых прерывисто мигала. Скарлет вышла первая и осмотрела каждый угол, заглянула под каждый корабль: пусто. На поверхность можно было подняться на двух огромных грузовых лифтах и по трем лестницам с отметками РШ-8, РШ-9, РШ-11. Все кругом было покрыто пылью.

– Идешь? – позвала она Зиму, которая еще только открывала дверь челнока.

Волосы принцессы спутались, платье затвердело от засохшей крови, скатерть соскользнула с ее плеч. В крови Скарлет бурлил адреналин, а Зима выглядела опустошенной. Она выбиралась из корабля с безвольно поникшей головой. Скарлет уперлась руками в бока, чувствуя, что ее терпение на исходе.

– Тебя понести?

Зима покачала головой:

– Как ты думаешь, за нами уже отправили погоню?

– Надеюсь, никто пока не знает, что мы пропали. – Скарлет снова посмотрела на указатели; буквы едва виднелись под слоем пыли. – Но даже если за нами и гонятся, что мы можем сделать?

Она туже завязала скатерть на талии Зимы, и теперь казалось, что у принцессы юбка не самого лучшего кроя, зато кровавых пятен не было видно. Потом Скарлет отдала Зиме свою кофту и заставила ее надеть, помогая попасть руками в рукава. Пышные волосы принцессы она убрала под капюшон и натянула его как можно ниже.

– Не могу сказать, что вышло идеально, но так все-таки лучше.

– Он уже мертв?

Скарлет замерла, не успев до конца застегнуть молнию на кофте. Зима вдруг стала как будто меньше ростом и затравленно смотрела на нее. Скарлет вздохнула.

– Он умный и сильный. С ним все будет в порядке. – Она застегнула кофту на принцессе до самого верха. – Идем.

Когда они вышли наверх, под огромный купол, и Скарлет остановилась, чтобы подумать. Она нашла адрес Кесли в базе данных корабля, но все эти номера и буквы ни о чем ей не говорили.

Космопорт, в котором они оказались, был предназначен для грузовых кораблей и выход из туннеля находился между двумя складами. Вдоль одной стены стояли вагонетки, наполненные колотым черным камнем, а рядом был вход в огромную пещеру-каменоломню. Судя по карте, это и была Реголитовая Шахта.

Родители Волка были шахтерами, и он сам стал бы шахтером, если бы его не призвали в армию. Скарлет подумала, что невозможно даже представить себе, что он живет здесь, на Луне, под куполом, и никогда не бывал на Земле. И не встретил ее.

– Не похоже, что тут живут люди, – пробормотала она.

– Жилые дома обычно находятся на окраинах сектора, – сказала Зима.

– На окраинах? Ладно, – Скарлет осматривала окружавшие их низкие строения. – И как туда попасть?

Зима указала на купол над головой. Здания вокруг стояли плотной стеной, но все равно было ясно, где расположена высшая точка купола и где он закругляется к низу. Скарлет выбрала направление и двинулась в сторону от центра купола.

Пока они шли, она пыталась составить хоть какое-то подобие плана. Первое – найти жилые дома. Второе – понять принцип нумерации и найти родителей Волка. Третье – несмотря на всю неловкость ситуации, попытаться объяснить им, кто она такая и почему они должны приютить ее и Зиму.

Промышленные здания закончились, вдоль улицы потянулись жилые дома, вернее, лачуги, Скарлет с облегчением увидела, что на бетонной площадке перед каждым домом написан его номер, хоть и порядком затоптанный.

– А-49, А-50, – бормотала она, ускоряя шаг. Следующий круг начинался с буквы Б. – Довольно просто. У дома Кесли номер Д-313, верно? Значит, ищем ряд «Д» и…

Скарлет оглянулась и увидела, что Зима куда-то подевалась. Она выругалась и стала смотреть по сторонам, но принцессы нигде не было видно.

– Это что, шутка?! – шипела она, возвращаясь назад. Увлекшись поиском дома, она не могла вспомнить, когда перестала слышать ее шаги. Возможно, Зима где-то бродит в плену своих галлюцинаций…

И вдруг в одном из переулков Скарлет увидела принцессу. Она брела между двумя заводами, зачаровано глядя на стальной стержень, торчащий из стены здания. Обломки белого камня вывалились из стены прямо в тележку, стоявшую у самой стены. Лицо принцессы было скрыто красным капюшоном. Вокруг клубилось огромное облако пыли, но она, казалось, ничего не замечала.

Раздраженно фыркнув, Скарлет расправила плечи и направилась к ней, готовая, если придется, тащить эту чокнутую за волосы. Но не сделала она и нескольких шагов, как принцесса повернула в противоположную сторону.

Скарлет остановилась. Ей стало страшно: она слышала шаги, вернее, топот, как будто кто-то мчался к ним со всех ног. Скарлет вытащила нож, который дал ей Ясина.

– Зима… – зашипела она, но та была слишком далеко, а шум каменоломни и гудение машин были слишком громкими. – Зима!

Из-за угла выбежал какой-то мужчина и бросился прямо к принцессе. Схватив принцессу за локоть, он сорвал с ее головы красный капюшон.

Скарлет задохнулась, ее ноги подкосились. Мужчина смотрел на Зиму со смесью смущения, разочарования и, может быть, злости. Даже отсюда Скарлет видела, как горят его ярко-зеленые глаза. Может, у нее теперь тоже галлюцинации?

Спотыкаясь, она неуверенно шагнула вперед. Ей хотелось броситься бегом, но она боялась, что это ловушка. Она крепче сжала нож, когда Волк, не давая Зиме отстраниться, схватил ее за руку и обнюхал рукав кофты, выпачканной кровью и грязью. Он зарычал, словно был готов разорвать принцессу на куски.