Она и ненавидела этот город («Живут же здесь такие подлецы, как Гена!»), и любила – той наследственной любовью, которая, наверное, есть у каждого жителя России, где испокон веку лишь две столицы, два больших, главных города, а все остальное – провинция… «В Москву, в Москву!» – недаром кричали чеховские три сестры.

Улица Чусовая. Так себе, кстати, улочка – дома, магазины, ничего выдающегося… Дом десять.

Белла остановилась у первого подъезда. Гена должен жить здесь – на первом или втором этаже.

«Наверное, он уже давно дома. Отдыхает с дороги! Ну ничего, потом отдохнет…»

Домофон – препятствие. Но Белла зашла в подъезд вместе с какой-то девочкой. Поднялась на цыпочках на второй этаж, приникла ухом к обитой коричневым дерматином двери.

Ничего не услышала и нажала на кнопку звонка.

– Кто там? – раздался с той стороны приятный женский голос. – Вы к кому?

«Кто это?! – в смятении подумала Белла. – Может, сестра Генкина? А если… А если у Генки есть женщина в Москве?…»

– Вы к кому, девушка? – снова спросил приятный женский голос.

«Если это Генкина женщина, она должна знать правду о своем хахале… Подлец! А если она с ним в сговоре, я их обоих в тюрьму засажу!» – с мрачной решительностью подумала Белла и крикнула, глядя в «глазок»:

– Я к Мостовому, Геннадию Андреевичу! Живет здесь такой?

– Живет, – крикнула в ответ женщина и защелкала замками. Раз – и дверь распахнулась…

Белла увидела перед собой невысокую, худенькую, похожую на лисичку женщину средних лет – с выражением лица веселым и хитрым каким-то…

– А вы по какому поводу? – спросила женщина. – Из ДЕЗа? Насчет труб?

– Нет, я не из ДЕЗа. Я из другого города приехала, – мужественно, твердо произнесла Белла. – Я – сестра той девушки, на которой Геннадий Андреевич обещал жениться и бросил, причем бросил беременной.

– Что-о?.. – На женщину было страшно смотреть – она изменилась вмиг. Постарела, потемнела лицом. Такое не сыграешь. Бедная… Но ничего, может, и к лучшему, узнает, с каким гадом связалась. – Гена! Гена!!! Иди сюда!

«Он здесь. Пусть только посмеет отрицать…» – затрепетала Белла. Но в следующий момент произошло нечто странное и непонятное.

В коридор выскочил мужчина, тоже средних лет, в костюме, с галстуком, закинутым за спину, с пакетиком майонеза в руке. Невысокий, худенький и тоже с задорным, веселым выражением лица.

– Что случилось? – спросил он.

– А где Гена? – нетерпеливо спросила Белла.

– Я Гена.

– Вы – Геннадий Андреевич Мостовой?

– Да, я Геннадий Андреевич… А что случилось?

– Скотина! – закричала вдруг женщина и ударила мужчину по щеке.

– Лиля, ты спятила! За что?!

– Кто она?.. Я ее знаю? Беременна!

– Я не понимаю… Я эту девицу в первый раз вижу!

– Да не она беременна, а ее сестра! – с отчаянием произнесла Лиля.

– Сестра? Сестра… – тоже с отчаянием произнес мужчина. – Какая сестра?

– У твоей любовницы есть сестра! А ты не знал?..

– Нет у меня никакой любовницы!

Белла с недоумением слушала эту супружескую (а какую еще?) перепалку. Этот Геннадий ничуть не напоминал Анжелкиного Гену. Совсем другой человек! Но почему все остальное совпало – имя, адрес?.. Так не бывает!

Супруги орали друг на друга, Белла растерянно моргала. Мужчина вдруг упал на колени, попытался обнять свою Лилю:

– Лилечка… Я только тебя люблю…

– Ненавижу! – Лиля была в истерике.

– Вы не тот Гена, – сказала вдруг Белла с тоской. – Это ошибка. Вы Геннадий Андреевич Мостовой, и адрес тот же… Но это не вы!

Мужчина с женщиной перестали орать, повернулись к Белле.

– Я из Ирги. Это под Томском, знаете? У меня сестра Анжела… Я поняла! – с отчаянием произнесла Белла. – У Гены был чужой паспорт! Вы никогда не теряли паспорта? – обратилась она к мужчине.

– Н-нет, – ответил тот растерянно.

– Семь лет назад… – тоже растерянно произнесла женщина. – Семь лет назад, еще до свадьбы – тебя обокрали. И паспорт вытащили… Помнишь? Я еще боялась, что пожениться не сможем…

– Д-да, было дело… – побледневшими губами прошептал мужчина. – Ирга? А что это такое – Ирга?…

«О господи, что я наделала…» – Белла попятилась назад:

– Это ошибка… Простите. Простите!

Девушка побежала по ступеням вниз. Выскочила на улицу и остановилась, чтобы перевести дыхание. Она мучительно переживала то, что из-за нее поссорились эти люди, такие милые и хорошие. Говорят, когда супруги похожи друг на друга – это к счастью. Идеальный брак. Геннадий Андреевич Мостовой (настоящий) и его жена Лиля были похожи внешне.

– Может, помирятся. Вон он какой шустрый и бойкий, этот Геннадий… Наверняка найдет нужные слова, оправдается! И она его любит – вон как расстроилась! Нет, они обязательно помирятся…

– Стойте! – Из подъезда вслед за Беллой выскочила Лиля. – Погодите…

Женщина, словно коршун, вцепилась Белле в плечи и спросила, глядя в глаза девушке со страхом и надеждой:

– Вы точно ничего не напутали? Это правда – не тот Геннадий? Мой Геннадий – не тот, кого вы искали?

– Это не тот Геннадий, – с жаром воскликнула Белла и перекрестилась размашисто. – Совсем не тот! Пусть меня бог убьет на месте, если я вру!

Лиля застонала с облегчением и отпустила Беллу.

Белла, не разбирая дороги, помчалась вперед, подальше от места своего стыда и позора.

– Какая же я дура… Чуть не рассорила этих замечательных людей! – Бормоча себе под нос, девушка быстро двигалась вперед. Потом остановилась: – А как я Гену-то теперь найду? Он ведь и не Гена, наверное! Может быть, он Вася или Коля… Или вовсе какой-нибудь Ромуальд Эстебанович…

Все было напрасным – эта поездка, надежды поймать сбежавшего соблазнителя Анжелы… Да, лже-Гена уехал в Москву. Он здесь. Но как его найти – в этом огромном, многомиллионном городе?

«А если в милицию обратиться? Рассказать – так, мол, и так… Этот Гена обязательно должен засветиться где-то, с чужим паспортом-то… Сейчас же все компьютеризировано! А если милиция не захочет этим заниматься, я найму частного детектива. Их же сейчас полно… Откуда деньги на детектива? Пойду работать… Уборщицей, официанткой, кем угодно! Только вот жить где? А регистрация? Нет, надо обязательно что-то такое придумать, это же Москва, город огромных возможностей! Я не могу сдаться, я не могу отступить… Надо придумать поэтапный план, а потом осуществить его. Эх, как жалко, что никого из знакомых у меня в Москве нет!»

Белла по природе своей была оптимисткой.

Она брела по улице и напряженно думала. Уже много идей зародилось у нее в голове… Она опомнилась, только когда в животе заурчало от голода. «Надо бы перекусить!»

Девушка остановилась, огляделась.

– Улица Покровка, – прочитала она вслух.

«Какое милое название! Да я же – в Москве!» – опомнилась Белла и улыбнулась. Было тепло, солнечно – первая молодая листва, дома эти старинные, красивые… на асфальте валялись тополиные «сережки». Машины, машины… Конец улицы терялся в сизой дымке.

Москву все ругали, ее не любили, но… Нельзя было не почувствовать детский восторг, оказавшись на московской улочке. Покровка… Магия места! А есть еще столько красивых уголков!

Белла увидела впереди супермаркет. «Куплю бутылку воды и какую-нибудь булочку. А вон и сквер – там на лавочке посижу!» Белла машинально взглянула на указатель со стрелкой, направленный в сторону сквера – «Чистопрудный бульвар». Никакой не сквер, вот они, знаменитые Чистые пруды!

Находясь в состоянии эйфории, Белла зашла в супермаркет. Взяла тележку, побрела вдоль полок, лавируя среди покупателей. «Может, бананов еще купить? Вроде не так дорого…» Она положила в тележку пару бананов и подняла глаза. У полок с алкогольными напитками, вполоборота к Белле, стоял мужчина и вертел в руках бутылку с лошадью на этикетке. Хмурился, морщил брови, о чем-то напряженно думал.

Мужчина этот был странно знаком Белле. Хотя, если подумать, в Москве много знаменитостей, которых часто по телевизору показывают… Точно, по телевизору она его и видела!

На мужчине был меховой, ржаво-черного цвета жилет. Потертые, вытянутые на коленях джинсы, водолазка с растянутым воротом, грязные ботинки неопределенного цвета. Темные, нестриженые, лохматые волосы, щетина на щеках. Не молодой и не старик. Бомж, не бомж… Вообще, сейчас очень трудно судить о человеке по внешности. Да еще в Москве! Не разберешь, то ли это рабочий с ближайшей стройки, то ли известный своей брутальностью актер, то ли какой поэт-маргинал…

– Сценарист Денис Африканов, – сами собой прошептали губы Беллы. Это он, тот самый – кто придумал дивную историю под названием «Навсегда твоя». Точно, он. И ведь живет-то Африканов на Чистых прудах… И жилет этот… Он!

Толкая перед собой тележку, Белла ринулась вперед:

– Денис! Денис Африканов!

Сценарист вздрогнул и едва не уронил бутылку. Поднял на Беллу странно яркие, синие глаза и как-то странно скривился.

– Здравствуйте… Вы извините, я не знаю вашего отчества… Как же я рада вас видеть! – подлетела к нему девушка. Денис Африканов должен был помочь ей разыскать Гену. Пока непонятно, как, но должен – поскольку он человек добрый и чуткий… Недаром же именно он придумал эту трогательную историю о девушке Анфисе!

* * *

У Африкана, то есть Дениса Владимировича Африканова (но его мало кто называл Денисом Владимировичем), были деньги. Очень и очень немаленькие – на счету в нескольких банках (нельзя же яйца в одну корзину складывать). Была еще хорошая трехкомнатная квартира на Чистых прудах.

Машина?.. Права в свое время Африкан получил. И авто купил. Но это оказалось так неудобно – быть автовладельцем! Во-первых, за руль надо садиться только трезвым. Не выпьешь. Во-вторых, в Москве пробки. До пункта назначения быстрее добраться на метро (если время поджимало) и удобнее – на такси. Вызвал, к тебе приехали, довезли – все, не надо париться, где авто припарковать, не сопрут ли, не обгадят ли лобовое стекло птицы… Опять же, на гараж не надо тратиться (а умный человек не должен тратиться на лишнее).