От нахлынувших воспоминаний Тим грустно шмыгнул носом и продолжил:

– Матушка Ранульфа никогда не оставляла меня своим вниманием. Она очень добрая женщина. Она научила меня читать и даже писать. Не очень-то красиво, но писать я умею. Когда этой зимой матушка призвала меня к себе и сказала, что дает очень трудное и важное задание, я сразу пообещал ей, что сделаю все, что смогу. И пришлось мне сопровождать леди Валу, которую спасла добрая настоятельница. Сам дикий принц Юстас шел по ее следам. Нам было нелегко. Но леди очень смелая и сильная женщина, правда. Видели бы вы, господин, как она положила из лука трех волков, когда они напали на наш обоз по дороге на Ноттингем. Ни один из мужчин не мог сравниться с ней в меткости.

Глаза мальчика удовлетворенно сверкнули. Было видно, что он очень гордится своей госпожой и привязан к ней.

– Ты любишь свою госпожу, Тим? – спросил рыцарь.

– О да, господин, – горячо ответил мальчик. – Она для меня стала самым главным человеком. Ведь мне довелось защищать и спасать ее. А она никогда, никогда не относилась ко мне как к слуге. Она говорит, что теперь я член ее семьи, вместе с ее старой служанкой Истой. Больше у нее никого не осталось. Бен – только охранник. Хороший преданный охранник. А я – член семьи. Как я могу не любить свою госпожу после этого, сэр рыцарь?! Я жизнь за нее отдам и не пожалею.

– Это хорошо, мальчик, что ты так предан своей госпоже, – задумчиво произнес Ричард. – У нее тяжелая жизнь, и неизвестно еще, что ждет ее впереди. Оберегай ее, дружок.

Дорогу во владения рыцаря Ричарда Лорэла легкой назвать было никак нельзя. Невысокие каменистые холмы приходилось объезжать зигзагами, кое-где попадались неширокие, но бурные речушки. Надо думать, что весной, когда тает снег или после сильных дождей, через них вообще не пройти. Дикие места.

Ближе к вечеру впереди стали видны горы. Какие-то из вершин оставались каменистыми и голыми, но на большинстве их зеленели леса. Появились зеленые поляны и даже цветы. Картина стала веселее. И вот наконец с вершины очередного холма их взглядам открылся замок. Это было необычное строение. Ничего похожего на изящный Гринхил или роскошный Уинстон. На крутом каменистом возвышении стоял небольшой, но крепкий и суровый на вид замок из серого камня. Высокая стена окружала его с трех сторон. Четвертой замок примыкал к горе, поднимающейся над ним крутой неприступной стеной. Ров, подъемный мост – все сделано для того, чтобы враг не мог подобраться близко. Слева от холма, на котором они сейчас стояли, распростерлась широкая равнина, уходящая куда-то вдаль.

– Вот и мой замок, – сказал подъехавший рыцарь, заметив, как Вала внимательно разглядывает открывшуюся перед ней картину. – Он, конечно, невелик, но защищен хорошо, и места в нем хватит для всех. Так что милости прошу в Лейк-Касл.

Он широко повел рукой, как бы открывая дорогу в свои владения.

– А там, – он показал налево, где высились горы, – там уже Шотландия, леди Вала. Дальше вам ехать некуда.

Он улыбнулся, и от этой улыбки на душе у Валы потеплело.

– А где же озеро? – спросила она.

– Оно действительно есть, и оно очень красивое, – ответил рыцарь, явно любящий эти места, – вы увидите его из замка. Оно небольшое, но очень глубокое. И подойти к нему нельзя ни с какой стороны, только смотреть.

Еще через час отряд въехал в ворота замка. Чистый, выложенный камнем двор, хозяйственные строения под стенами и не слишком высокий, но внушительный донжон.

На крыльцо вышла приятного вида женщина средних лет. Рядом с ней стояла маленькая девочка, одетая просто, но чисто, с длинными темно-рыжими кудрями.

– Папа! – закричала девчушка и кинулась прямо к лошади рыцаря. – Папочка мой приехал!

Рыцарь наклонился из седла и, подхватив ее на руки, посадил впереди себя.

– Здравствуй, девочка моя, – сказал, улыбаясь и целуя ее в макушку. – Надеюсь, ты вела себя хорошо? Потому что я привез тебе подарок.

– Какой подарок, папа? – спросила девочка с любопытством.

– Вот эту леди, малышка, – он указал на Валу. – Она теперь будет с тобой.

– Она что, будет моей мамой? – настороженно спросила девочка.

Рыцарь не успел ответить ребенку, как Вала подала голос:

– Нет, маленькая. Но я буду тебе другом и научу тебя кое-чему, что тебе понравится. Я уверена, мы с тобой подружимся очень скоро.

Девочка успокоенно улыбнулась, а в глазах женщины, стоящей на пороге, исчезла настороженность.

– Добро пожаловать домой, милорд, – звучным голосом сказала она. – И добро пожаловать к нам, миледи.

– Спасибо на добром слове, – ответила Вала. – Вы, наверное, Фиона? Я рада видеть вас.

Эти простые слова разбили лед, возникший вдруг при первой неожиданной встрече. Всадники спешились и вошли в замок. Зал был невелик, но чисто выметен, пол устилала свежая трава, в дальней стене горел очаг. На стенах было развешано оружие, а над высоким столом висел герб рыцаря – голова белого волка и девиз: «Долг превыше всего». Рыцарь явно чтил память своих предков и гордился ими.

Перебросившись несколькими словами с хозяином, Фиона отдала распоряжение служанкам, и те отправились выполнять поручение.

– Я велела женщинам подготовить вам комнату, миледи, – сказала она. – На втором этаже донжона есть удобные покои неподалеку от опочивальни леди Алисии. Оттуда открывается чудесный вид на озеро. И там есть выдвижной матрас для вашей горничной. Это ведь ваша горничная, миледи, я не ошиблась?

– Эта женщина, Иста, уже много лет со мной, – ответила Вала. – И после всего, что мы пережили вместе, я не решусь назвать ее просто горничной. Она моя помощница и мой друг, Фиона. Она – член моей семьи.

– Вот и ладно, миледи. Я думаю, вам будет удобно вместе, – сказала домоправительница, отходя.

Стоящий неподалеку Ричард слышал их разговор. Да, Тим сказал правду. Эта удивительная женщина действительно держит своих слуг за близких людей, за членов семьи. Впрочем, положение ее самой весьма сложное и непонятное. Она леди, но лишена всего, чем должна обладать, – своего дома, земель, денег. У нее ничего нет. Как она только умудряется так достойно держаться?

После сытного ужина, во время которого воины громко обсуждали поездку в Уинстон и дела здесь, в замке, все отправились отдыхать. Вала чувствовала себя усталой, но одновременно была возбуждена. Ей предстояло найти общий язык со всеми этими людьми, стать в замке своей. Иначе жизнь ее превратится в нескончаемую череду проблем. А она уже сыта ими по горло.

Оставшись вдвоем с Истой, молодая женщина умылась водой из большого кувшина в тазике, стоявшем возле камина. Она сняла с себя тунику и юбку, оставшись в одной камизе, и блаженно растянулась на широкой кровати под зеленым балдахином.

– Ну как, тебе здесь нравится, Иста? – спросила она верную служанку. – Что чувствует твое сердце?

– Мое сердце спокойно, госпожа, – задумчиво ответила пожилая женщина. – Хотя это место трудно назвать раем на земле, здесь мы можем надежно укрыться от врагов. Сюда псы Юстаса не достанут. А если и доберутся, милорд быстро укоротит их всех ровно на голову, я уверена. С таким рыцарем не пошутишь.

– Это верно, Иста, – сказала Вала. – Но здесь только такой мужчина и может быть настоящим хозяином. Суровые места, суровые люди. А девочка очень мила, ты не находишь?

– Да, девчушка милая, это правда, – проговорила служанка. – Только не вздумайте плакать, госпожа. Нет! Она ничуть не похожа на нашу дорогую малютку Уну. И не позволяйте себе думать об этом, не позволяйте сравнивать. Иначе – беда.

– Ты права, моя верная Иста, – сдержав слезы, прошептала Вала, – права, как всегда. Это другая жизнь, другие люди, новые места. Надо забыть прошлое или хотя бы спрятать его так глубоко в сердце, чтобы оно не мешало настоящему. Мы должны выжить, дорогая моя. И как знать, может быть, когда-нибудь я еще увижу родные края.

Проснувшись утром, Вала первым делом подошла к окну. И ахнула. Прямо под стенами замка сияло в лучах солнца озеро. Оно было небольшое, почти круглое. Берега каменистые и крутые. Никакой растительности вокруг. Только камни и синяя-синяя вода.

Спустившись в зал, Вала нашла за высоким столом хозяина замка и его дочь. Они о чем-то беседовали, склонившись головами друг к другу, и смотреть на эту картину было приятно. Увидев Валу, рыцарь приветливо улыбнулся ей и пригласил за стол.

– Мы тут с Алисией делимся впечатлениями от нескольких проведенных врозь дней. Ей интересно знать, что я видел там, за холмами. – Он ласково погладил девочку по голове. – А вы, леди Вала? Как вам спалось в вашем новом доме?

– Спасибо, милорд, что называете этот замок моим домом, – откликнулась женщина. – Я действительно очень нуждаюсь в этом. Ибо мой родной дом остался так далеко и уже недоступен мне. Как подумаю о том, что кто-то чужой распоряжается в наших владениях, сердце сжимается.

Вала на мгновение задумалась, потемнев глазами. Потом тряхнула головой, и в ее взгляде появилось бирюзовое сияние.

– Спала я хорошо, милорд, спасибо, – продолжила она. – И, знаете, первое, что увидела я, проснувшись утром, было ваше замечательное синее озеро. Оно неправдоподобно красивое, как в сказке.

– Это правда, леди Вала, – снова улыбнулся рыцарь. Странно, но эта женщина вызывала в нем радостное ощущение. «Растягиваю без конца рот в улыбке, как зеленый мальчишка, право, – ругнул он себя. – Надо быть серьезнее. Дел невпроворот».

– Вы завтракайте, леди, а я пойду к своим людям. У нас очень много дел.

Ричард поднялся из-за стола, высокий, сильный, красивый. Зашагал через зал к выходу. Вала повернулась к малышке, которая смотрела на нее с любопытством, но все же была несколько насторожена.

– А ты, Алисия, не откажешься показать мне замок? Ты же здесь маленькая хозяйка.

Ребенок вздохнул с облегчением – эта леди вовсе не собиралась зариться на ее права. И это было хорошо. Наслушавшись разговоров взрослых, девочка больше всего на свете боялась, что в замке появится мачеха, которая станет командовать всеми и заберет у нее любовь отца, бывшего для малышки главным человеком в жизни. Своей родной матери она не помнила. Единственными близкими людьми в замке были для нее отец и Фиона.