– Зара Хьюз?

Она выпрямляет спину и делает глубокий вдох, как будто готовится услышать всю нелицеприятную правду про Зару и Трея.

– Говори как есть. Не скрывай ничего.

– Хорошо, – наконец отвечаю я. – Я ее знаю. Трей с ней часто переписывался, но говорил, что они просто друзья. Она учится в Фэрфилде.

– Где они познакомились?

– Не знаю. Кажется, на Lollapalooza.

Она кивает, переваривая информацию.

– Вик, он любил ее, – наконец говорит Моника. – Я нашла их фотографии, они уже давно были сделаны. Он смотрит на нее так… ну, скажем, на меня он так уже давно не смотрел.

Я перевожу взгляд на ящик с инструментами. Черт возьми, не хватало еще, чтобы она анализировала то, как смотрю на нее я. От всего этого у меня голова кругом. Трей любил Монику. Ну то есть он общался с Зарой и, может быть, иногда тусовался с ней, но…

Мне не хочется думать о том, что Трей за спиной Моники гулял направо и налево. Как он мог? Зачем? Моника – самая верная и преданная девушка, она давала Трею все, что может пожелать парень. Она всегда поддержит, с юмором, умная, не говоря уже о красоте. Не девушка, а мечта, ставшая реальностью.

– Он не был идеальным, ты же знаешь, – шепчет она едва слышно, в ее голосе звучит беспомощность.

В моих глазах он был идеальным. Мне всегда хотелось жить как он. Иметь заботливых родителей, врожденные способности к спорту и мозг не хуже, чем у Эйнштейна. К тому же и девушка Трею досталась самая-самая.

– Если бы он ходил налево, я бы знал, – уверенно заявляю я. – Он бы ни за что не смог скрыть это от меня.

– Ты заблуждаешься. – Моника наклоняет голову, и свет падает ей на лицо.

Я так не могу. Не здесь, не сейчас, когда мне так хочется ее утешить. У нее в глазах слезы и отчаяние. Не могу смотреть на ее страдания. Это убийственно.

– Вик, мы расстались незадолго до того, как он умер. Но он не хотел, чтобы об этом узнали до бала выпускников.

– Нет. – Я подхожу к ней и нежно беру за подбородок, чтобы она посмотрела мне в глаза. – Трей хотел, чтобы ты была счастлива. Он тебя любил.

Она поднимает руку и кладет мягкую теплую ладонь мне на запястье.

– Возможно, он пытался сделать меня счастливой, но это все было показное. Он дал мне отношения, которых, по его мнению, я хотела, но это была лишь видимость. Он уже давно мне изменял. С Рождества, а может, и раньше.

Я хочу скрыть отчаянную борьбу с самим собой и отступаю на шаг, чтобы увеличить расстояние между нами.

– Моника, ты сама не знаешь, что говоришь. Трей любил…

– Прекрати! – кричит Моника. – Трей Мэттьюс не был святым, хотя мы все считали его именно таким. – Ее руки сжимаются в кулаки. – Он убедил меня в том, что не изменяет мне, хотя это было не так. Он заставил меня пообещать, что я буду хранить его секреты, а сам скрывал все от меня. Да, он был умница и у него, кажется, было все. Но это был обман! И теперь у меня зародились чувства к тебе, и я хочу дать им волю.

– Моника, у меня в жизни одна тьма. Тебе не надо быть со мной.

– А может, надо? – В ее выразительных глазах горит желание. – Вик, уведи меня подальше отсюда. Чтобы я забыла, как буквально тону в вопросах, во лжи и обмане.

– Не мне этим заниматься.

Я просто утону в ее нежности и красоте. И не захочу потом отпустить ее.

Она подходит ко мне вплотную:

– Позволь мне войти в твой мир. Пожалуйста. Я не доставлю тебе проблем, обещаю.

Вот черт! Она внимательно смотрит на меня, ждет ответа.

– Люби меня, Вик. Докажи мне, что я не одна. Я чувствую себя такой одинокой.

Едва не спасовав, я откашливаюсь и бросаю взгляд на ее сливочного цвета шею и видневшуюся в декольте рубашки ложбинку. Как же я хочу Монику, и на то есть так много причин. Кого я, к черту, пытаюсь обмануть? Да я ни за что и никогда не смогу противостоять такому искушению.

– Ты точно этого хочешь? – спрашиваю я.

Моника судорожно сглатывает.

– Да, – шепотом отвечает она.

Бог ты мой, я стараюсь сохранять хладнокровие и пытаюсь притвориться, что делаю другу одолжение. На самом деле сейчас во мне бушует ураган чувств. Сегодня я обрушу на нее всю свою страсть, любовь и тепло. Остается только надеяться, что утром я смогу отпустить ее. Она просила помочь ей сбежать. Но лишь на время. Не навсегда.

Глава сорок шестая

Моника

СЕЙЧАС ЭТО СЛУЧИТСЯ. Я нервничаю, ноги дрожат, но я хочу этого. Вик лучше всех подходит на роль того, кто, прижав к себе, успокоит меня и убедит в том, что все будет хорошо. Мне всегда комфортно, когда он рядом, и я точно знаю, что он не причинит мне боли.

Склонившись надо мной, он шепчет мне на ухо:

– Просто расслабься, а я все сделаю сам.

Он так близко, что воздух между нами наэлектризовался.

– Спасибо, – отвечаю я, изо всех сил стараясь, чтобы голос не дрожал.

Откинувшись назад, он удивленно выгибает бровь:

– Спасибо?

– Ну то есть… не спасибо, конечно. А просто – да, я этого хочу. – Я хлопаю себя ладонью по лбу. – Какая же я глупая. Вик, не знаю, что говорить. Немного не в теме.

Его рука тянется к моей, мое сердце вот-вот выскочит из груди. Костяшки пальцев у Вика в ссадинах. Наверное, после той драки на днях в клубе «Мистик», когда он сводил счеты с Бонком из-за сестры.

Взгляд Вика скользнул с моего лица на грудь и пошел ниже. Я просто мечтаю оказаться в объятиях Вика, потому что мое тело превратилось в комок нервов. А Вик сейчас уверен в себе и удивительно красив. Я это и раньше знала, но никогда не рассматривала его так пристально. А теперь, рассмотрев, начинаю стесняться.

В предчувствии нежных прикосновений Вика у меня от волнения бегут мурашки по коже. Стараюсь унять прерывистое дыхание, потому что знаю: если мы поддадимся, происходящее будет очень много значить для нас обоих.

– Пойдем со мной, – говорит Вик, в его голосе слышится желание.

В висках стучит, я прирастаю к месту.

– Куда мы идем?

– Ты же не собираешься заниматься этим на полу?

– Не знаю, – смущенно говорю я. – Я как-то не думала об этом.

– Ну конечно. Пойдем, – говорит он, берет меня за руку и уводит наверх, в квартиру Айзы над мастерской.

Квартирка небольшая, но уютная и симпатичная. На одной стене картина с цветами, на другой – фотографии людей. На одном фото Вик и Айза в мастерской. У Айзы гаечный ключ, который она держит над его головой, как будто собирается ударить Вика. А Вик скрестил руки на широкой груди, выражение лица бесстрастное. Это в его духе.

Вик подводит меня к дивану и поворачивает лицом к себе. У него идеально гладкая смуглая кожа, а играющие под футболкой мускулы напоминают мне о том, что он потрясающий спортсмен, сильный и ловкий. Внезапно меня охватывает непреодолимое влечение к нему, меня так и тянет к Вику, это чувство захватило все мое естество.

Неужели он не видит, что я уже совершенно готова ускользнуть с ним из действительности?

– Закрой глаза, – нежно, но требовательно говорит он.

У меня кружится голова, я хватаюсь за него:

– Собираешься лишить меня одного из органов чувств?

– Ты ведь хочешь сбежать от реальности?

Он легко касается моих запястий, рисуя узоры кончиками пальцев. Кожу покалывает при каждом прикосновении, и тупая артритная боль сходит на нет.

Отпустив запястья, Вик скользит по моим рукам и плечам снизу вверх, к шее. Его прикосновения нежные, как перышко. Когда он проводит пальцами от губ вниз к подбородку и дальше к шее, а потом ныряет еще ниже, в ложбинку, все мое тело начинает пылать.

– Вик, это невероятно приятно!

– Так мне продолжать? – спрашивает он, я чувствую его дыхание кожей.

– Да.

Его руки ласкают мою кожу, а теплые губы слегка касаются моих.

– Ты готова отдать контроль мне? – спрашивает он, целуя меня. Раз. Другой. Но когда я тянусь к Вику за поцелуем, его не оказывается рядом. Он отстранился от меня.

Это пытка.

– Поцелуй меня, – требую я. – Скорее, пожалуйста.

– Терпение. Не торопись.

Теперь я чувствую, как он пальцами через рубашку касается моего соска. Потом другого. Желание, как пожар, разгорается внутри, изо рта вырывается стон.

– Тебе нравится? – спрашивает Вик.

– Не скажу, – отвечаю я, стараясь заглушить легкие стоны удовольствия, вызванные его чувственными прикосновениями.

– Тело отвечает за тебя, – с удовлетворением замечает Вик.

И снова целует меня. И еще. И я уже не могу сдержаться. Мои стоны разносятся по комнате. Хорошо, что внизу никого, потому что меня наверняка слышно и там. Теперь мой язык уже встречает его нежные губы. Поцелуй становится все глубже.

– Ты такая вкусная, – шепчет он мне, чуть отрываясь от моих губ.

Его нежные поцелуи пьянят, его ладонь лежит на моей груди, лаская через рубашку то один сосок, то другой, и я хочу продолжения. Обвив руками его шею, я прижимаюсь к нему, и он садится на диван, увлекая меня за собой и усаживая верхом. Мои бедра упираются в его сильное и мускулистое тело. От желания в голове туман, но я точно знаю, что сейчас хочу быть с ним, в его сильных руках. Только в его.

Я вдруг забываю про все свои проблемы и беды, да и про других людей тоже. Впервые за долгое время я свободна. Я хочу сосредоточиться на этом моменте, я вся здесь и сейчас, я не думаю о мире, который находится за пределами этой маленькой квартирки на втором этаже.

Я знаю, что это Вик, парень, который хочет спрятаться от жизни, сбежать. Но сейчас он все, чего я хочу, все, чего мне не хватало. Я хочу спрятаться от жизни вместе с ним. Вдвоем мы обретем покой и по-настоящему сблизимся, пусть лишь на одну ночь.

Он неподвижен, только дышит часто. Я теряю контроль, и мне хочется утянуть Вика за собой, заставить и его потерять контроль, который он так ценит. Набравшись смелости, я кладу руки ему на плечи. Мои пальцы начинают исследовать его мускулистое тело.