Бронуин только головой покачала и, широко раскрыв глаза, смотрела, как разбирают корзины и оруженосец Роджера подает еду на серебряных тарелках. Впервые в жизни она подумала, что англичане тоже могут быть людьми. А кое-кто из них даже захочет учиться у шотландцев.

Она взяла розочку из паштета и положила на кусочек хлеба. События сегодняшнего дня стали для нее откровением.

— Скажите, лорд Роджер, что вы думаете о нашей клановой системе?

Роджер смахнул крошки с камзола из золотой парчи и улыбнулся про себя. Ничего не скажешь, он хорошо подготовился к ее вопросам!


Бронуин стояла в комнате, где за последний месяц провела чересчур много времени. Щеки все еще краснели, а глаза сверкали после утренней прогулки.

— Он не похож на остальных мужчин, — сообщила она Мораг. — Говорю тебе, мы провели вместе несколько часов и не умолкали ни на минуту. Он даже знает пару-тройку гэльских слов.

— Ну, в здешних местах это совсем не трудно. Даже жители низин и то знают гэльский.

Для Мораг не было худшего оскорбления, чем называться жителем низин. По ее мнению, эти люди были еще подлее англичан.

— В таком случае как ты объяснишь все остальное? Его бабка была шотландкой. Слышала бы ты его идеи! Он хочет обратиться к королю Генриху с жалобой на постоянные набеги англичан. Он считает, что это принесет больше мира, чем практика похищения шотландок и принуждения их к браку насильственным путем.

Мораг скорчила гримасу, от чего темное сморщенное лицо сделалось еще уродливее.

— Утром ты уходишь из дома, ненавидя всех англичан, а возвращаешься, едва не ползая на коленях перед одним из них. Все, что ты слышала от него, — это слова. Дел что-то не видно. И с чего это ты вдруг стала так ему доверять?

Бронуин устало уселась у окна.

— Неужели ты не видишь, что я хочу только добра своему народу? Меня вынуждают выйти за англичанина, так почему же не за того, кто хотя бы наполовину шотландец? По уму, как и по крови.

— Но тебе никто не позволял выбирать мужа, — свирепо прошипела Мораг. — Неужели не понимаешь, какой ты лакомый кусочек? Молодые люди наговорят все, что угодно, лишь бы залезть девушке под юбку. А уж если эта юбка расшита жемчугом, просто поубивают друг друга из-за богатой добычи.

— Хочешь сказать, что он лжет?

— Откуда мне знать? Я всего лишь однажды видела этого человека. Но ни разу не видела Стивена Монтгомери. Может, его мамаша была шотландкой? Вдруг он появится в пледе на плече и с кинжалом на поясе?

— Не стоит питать столь высоких надежд, — вздохнула Бронуин. — Даже если бы я встретила сотню англичан, ни один не понял бы моего клана так хорошо, как Роджер Чатворт. Но ты права. Я наберусь терпения. Может, этот самый Монтгомери — необыкновенный человек, уважающий Шотландию и шотландцев.

— Надеюсь, ты не ожидаешь чересчур многого, — фыркнула Мораг. — И еще надеюсь, что Чатворт не окончательно вскружил тебе голову.

Глава 2

Стивен мчался во весь опор день и почти половину ночи, прежде чем добрался до приграничного дома сэра Томаса. Он давно оставил позади фургоны и свой отряд. Только его личному оруженосцу удалось не отстать. Несколько часов назад они попали в непогоду, и река вот-вот грозила выйти из берегов. Кони шлепали по раскисшей земле, и теперь, наконец остановившись во дворе, Стивен и его оруженосец обнаружили, что с ног до головы покрыты грязью. Кроме того, ветка дерева хлестнула Стивена над глазом, и по лбу расползся огромный синяк, кровь на котором уже успела высохнуть.

Стивен быстро спешился и бросил поводья измученному оруженосцу. Большой дом был освещен сотнями свечей, и из окон неслась музыка.

— Стивен! — воскликнул сэр Томас, ковыляя навстречу. — А мы уже волновались за тебя! Утром я собирался послать своих людей на поиски!

К престарелому, изуродованному подагрой рыцарю подошел мужчина помоложе.

— А вот и пропавший жених! — усмехнулся он, оглядывая грязную, порванную одежду Стивена. — Далеко не все тревожились, сэр Томас.

— Точно, — засмеялся кто-то еще. — Молодой Чатворт прекрасно обошелся без запоздавшего жениха!

Сэр Томас положил руку на плечо Стивена и повел в комнату.

— Заходи, мальчик мой. Нам нужно поговорить.

Помещение оказалось большим, отделанным дубовыми панелями с узором в виде складок. У одной стены над длинным складным столом тянулись полки с книгами. Скудную обстановку дополняли четыре стула, поставленные перед большим камином, где горел приветливый огонь.

— Что там насчет Чатворта? — немедленно спросил Стивен.

— Сначала садись. Ты выглядишь очень усталым. Хочешь поесть? Вина?

Стивен сбросил подушку со стула орехового дерева и, почти рухнув на сиденье, взял кубок, предложенный сэром Томасом.

— Простите, что опоздал. Моя невестка упала с лестницы и потеряла ребенка, которого носила, и к тому же едва не умерла. Боюсь, я ничего не замечал вокруг и понял, что натворил, когда опоздал уже на три дня. Я пустился в путь и не щадил коней, как видите.

Он отодрал комок присохшей грязи с воротника и швырнул в камин.

Сэр Томас кивнул:

— Судя по твоему виду, это так и есть. Если бы мне не сообщили, что приближающийся всадник несет штандарт с леопардами Монтгомери, я бы в жизни тебя не узнал. Кстати, этот порез над глазом так же нехорош, как выглядит?

Стивен рассеянно пощупал царапину.

— В основном это засохшая кровь. Слишком быстро я скакал, не щадя собственного лица, — пошутил он.

Сэр Томас засмеялся и сел.

— Рад тебя видеть. Как твои братья?

— Гевин женился на дочери Роберта Ривдауна.

— Ривдауна? Богатая невеста.

Стивен улыбнулся и подумал, что Гевину менее всего интересны деньги жены.

— Рейн все еще толкует о своих абсурдных идеях насчет освобождения крепостных.

— А Майлс?

Стивен допил вино.

— На прошлой неделе Майлс подарил нам очередного побочного ребенка, то ли третьего, то ли четвертого, я уже счет потерял. Будь он жеребцом-производителем, род Монтгомери обогатился бы.

Сэр Томас рассмеялся и наполнил два металлически кубка.

Стивен покачал головой. Сэр Томас был другом его отца, своего рода дядюшкой, привозившим мальчикам подарки из всех своих заграничных поездок и присутствовавшим на крещении Стивена двадцать шесть лет назад.

— Теперь, когда с этим покончено, — медленно вымолвил Стивен, — может, объясните, что скрываете от меня?

Сэр Томас тихо усмехнулся.

— Слишком хорошо ты меня знаешь. Нет, ничего особенного, неприятного или серьезного. Роджер Чатворт проводит слишком много времени с твоей невестой, вот и все.

Стивен неспешно встал и подошел к камину. С каждым его шагом на ковер летели ошметки грязи. Сэр Томас понятия не имел, что для Стивена значит это имя. Элис Валенс много лет была любовницей Гевина. Тот много раз просил ее стать его женой. Но Элис предпочла выйти за богача Эдмунда Чатворта. Вскоре после свадьбы Эдмунда убили, и Элис вновь появилась в жизни Гевина. Подлая по натуре, она ухитрилась напоить Гевина, влезть к нему в постель и подстроила так, что Джудит их увидела. Джудит не помня себя выбежала из спальни, упала с лестницы, потеряла ребенка и едва не погибла сама.

Роджер Чатворт был деверем Элис, и даже упоминание этого имени заставило Стивена скрипнуть зубами.

— Тут что-то не то, — решил Стивен наконец.

— Вчера вечером Бронуин намекала, что предпочла бы Роджера столь… столь неучтивому жениху.

Стивен с улыбкой вернулся на свое место.

— А как воспринимает это Роджер?

— Похоже, он не против. Каждое утро ездит с ней верхом, провожает на ужин вечером, проводит время в саду.

Стивен допил вино и немного успокоился.

— Всем хорошо известно, что Чатворты — алчная свора, но я не знал, что до такой степени. Должно быть, он совсем беден, если готов выносить общество этой особы.

— Выносить? — поразился сэр Томас.

— Нет нужды быть со мной неоткровенным. Я слышал, что она сражалась, как мужчина, когда англичане окружили ее отряд. Хуже того, собственный отец посчитал ее настолько мужчиной, чтобы назначить своим преемником. Мне почти жаль Роджера. Поделом ему, если я отступлюсь и позволю бедняге получить эту уродину.

Сэр Томас молча открывал и закрывал рот, как рыба на песке. Наконец до него что-то дошло, потому что глаза лукаво заискрились.

— Уродину, говоришь?

— А кем еще она может быть? Не забывайте, я провел некоторое время в Шотландии. В жизни не видел более диких, необразованных и свирепых людей! Но разве я мог отказать королю Генриху? Он-то посчитал, что вознаградил меня! Если я отступлюсь и отдам Роджеру свою невесту, тот будет у меня в вечном долгу. Ну а я смогу жениться на милой, хорошенькой девушке, которой в голову не придет примерять мои доспехи. Да, пожалуй, я именно так и сделаю.

— Согласен, — твердо заявил сэр Томас. — Бронуин просто ужасна. Ясно, что Роджера интересуют исключительно ее земли. Но хотя бы ради того, чтобы быть честным перед королем Генрихом, почему бы не познакомиться с ней? Уверен, взглянув на столь чумазого рыцаря, она немедленно откажется от свадьбы.

— Точно, — ухмыльнулся Стивен. Белоснежные зубы ярко блеснули на черном от грязи и пота лице. — В таком случае завтра мы с этой особой можем вместе объявить сэру Роджеру о нашем решении, и я спокойно отправлюсь домой. Великолепная идея, сэр Томас.

Глаза сэра Томаса сверкали, как у мальчишки, задумавшего особо коварную проделку.

— Для столь молодого человека ты необычайно мудр. Подожди здесь, и я велю ее привести черным ходом.

— Черным ходом? — тихо присвистнул Стивен. — Должно быть, дело еще хуже, чем мне казалось.