— Не стой под стрелой…, - кажется, Денис разговаривал сам с собой. Что-то из инструкции по технике безопасности. Он явно тянул время, и я решила взять быка за рога.

— Вас Аркадий Петрович прислал?

Денис оторвался от созерцания протертого амура и повернулся ко мне. — Кто? А…, нет, я сам.

Что значит "я сам"? Вроде как доброволец что-ли?

— Мне ничего не нужно от него, — на всякий случай поспешила сообщить я. — Я забрала только пастушку, но она моя. Мне ее подарили.

— Пастушка? Какая пастушка? — юрист был явно не в форме, и это придало мне немного уверенности.

— А что тогда? — осторожно спросила я.

— Зашел узнать, как дела.

С каких это пор он стал интересоваться моими делами. Тут явно что-то было не так.

— Какие дела? — пусть считает меня дурой, но я должна была докопаться до сути. Такие люди просто так не приходят и про дела не спрашивают.

— Шлифуешь?

— Что?

— Свои положительные качества.

Не поонял… Он что, издеваться пришел?


Тут мой гость оторвался наконец от часов, взял стул и уселся посреди комнаты. Господи, это ужас как напоминало мне одну сцену. Оказалось, ему тоже, потому что Денис сказал вдруг охрипшим голосом:

— Вы очень хорошо оказываете первую медицинскую помощь, — и как-то особенно посмотрел на меня. А я первым делом посмотрела на его нос. Насколько я могла видеть со своего места, на сей раз, с ним все было в порядке. А вот его хозяин… С ним явно творилось что-то неладное.

— А что болит? — неуверенно спросила я, — мои способности врачевателя были явно преувеличены.

И вот тут я поняла, что он сейчас скажет — "сердце…", и у меня прямо все поплыло перед глазами. Что? Что он говорит?!

— Да голова у меня от тебя болит, Денисова, голова! — хамски обманул мои надежды этот тип и поднялся со стула. Нет, ну почему все читают мои мысли как открытую книгу?! Почему?

— Тогда зачем ты сюда приперся? Лекарство в аптеке! — мне было наплевать, как звучит мой голосок, и я заорала на полную громкость. Мими тут же зашлась лаем, а Денис с силой потер ладонями лицо.

Нет, все-таки зря я так. Он выглядел и в самом деле не лучшим образрм. И конечно он тут же озвучил мои мысли:

— Извини, я сегодня не в форме. И вообще, веду себя как полный кретин. Короче, я предлагаю… научить тебя кататься на лыжах. Горных.

Нет, в конце концов кто из нас идиот? Неужели мы оба!

— У нас во дворе? — я спросила очень осторожно. Мало ли что, человек переработал или правда приболел.

— Сень, я серьезно. Сама выберешь, куда ехать.

Так, он назвал меня Сеней, как Люшка. И я таким его не видела никогда. И это у меня болит голова и трясет как в лихорадке.

— Денис, я все-таки хочу понять, что все это значит. Ты приходишь, про какие-то лыжи тут говоришь…

— Не какие-то, а горные.

— Хорошо, горные, — я была сама покладистость. — Зачем тебе это надо?

— Я понятия не имею, как за тобой ухаживать.

— А?

— Ужины при свечах ты ненавидишь, от цветов тебя тошнит… Что мне прикажешь делать? И ты сама сказала, что хочешь научиться кататься с гор, я готов помочь…

— А ухаживать зачем?

— Ну зачем вообще люди ухаживают, Сень? — кажется, мой гость начал потихоньку выходить из себя. Но поскольку я имела дело с юристом, то решила все выяснить до конца, хотя бы и моего.

— А лыжи… это в смысле свадебное путешествие что ли? — боже мой, что я такое несу!

И тут Денис засмеялся. Это была не просто иллюминация, это был праздничный салют, я даже зажмурилась.

— Ты прелесть, Сенька! Я мучился, что и как сказать, а ты сразу добралась до сути.

Я почувствовала, что он стоит совсем близко и поспешно открыла глаза. Да, теперь Денис был серьезен, только в глазах еще плескалось что-то такое… озорное. С ума сойти!

— Ну для свадебного путешествия все-таки выберем края потеплее, если ты не возражаешь. Хотя… если будешь настаивать… — и он снова засмеялся.

Нет, ну почему в такой момент непременно нужно ржать? Я против занудных ритуалов, но не до такой же степени!

Конечно, эти мысли тут же проявились на моем челе, потому что Денис моментально посерьезнел и подошел ко мне. Мог бы и цветы принести.

— Ксюшь, а поцеловать-то тебя можно?

Я, так и быть, позволила.