– Добрый день, рады приветствовать вас в нашем отеле! – произнесла она, ласково глядя на Лучикова.

– Видимо, не очень рады, если столько продержали, не оформляя! – сварливо пробубнил гость.

«Молодец, Лена, сообразила притормозить оформление!» – одобрила про себя действия дежурной Соколова, а вслух сказала:

– Извините, мы проверяли готовность вашего номера.

– А что тут проверять, я бронировал за несколько дней… Времени у вас было достаточно.

Лучиков насупился еще больше. Большая морщина перерезала его лоб, и показалось, что мужчина сейчас заплачет.

– Конечно, но вы для нас особенный гость, – Александра поторопилась предотвратить вполне вероятную истерику, – поэтому мы сочли нужным еще раз убедиться, что все нормально. Пожалуйста, вот ключи от номера, желаем приятного отдыха в нашем отеле.

– Я работать приехал, а не отдыхать, – огрызнулся Лучиков и направился к лифту.

Соколова посмотрела ему вслед. Этого типа они знали хорошо. Это был вечно угрюмый, вечно недовольный, вечно цепляющийся к персоналу человек. Приезжал он, к сожалению, часто. Командировки его продолжались дней по десять, и к моменту его отъезда персонал был измотан до предела. По всему, именно его характер и был причиной его частых командировок – Лучиков, как потом выяснили, был советником одной корпорации из Нижнего Новгорода и занимался разрешением конфликтных ситуаций. Он приезжал в Москву настоять, исправить, подписать, выхлопотать, выбить, договориться. Характерные для Лучикова качества – въедливость, придирчивость, занудность и дотошность – помогали в его нелегком деле. Его компания платила за один из лучших номеров отеля, и, скорее всего, недостатка в деньгах Лучиков не испытывал. При этом одет был скромно, на многом экономил. С персоналом был разговорчив, общителен – если можно назвать общительностью едкие замечания. Впрочем, иногда Лучиков пропадал и на протяжении суток, а то и двух, его никто не видел. Персонал в эти дни вздыхал с облегчением. Поговаривали, что в Москве у него замужняя любовница, у нее он иногда остается. И предлагали всем отелем скинуться и предложить денег даме Лучикова: пусть разведется, и он тогда у нее будет останавливаться!

Впрочем, скорее всего, это были пустые слухи. Предположить, что Лучиков кому-то приглянется, было сложно. А его отсутствие объяснялось командировками в область.

В «черный список» его внесли после того, как он ночью устроил громкий скандал из-за паука в номере. Никаких пауков, как и других насекомых, в «Гранд-Норде» не было. Северцева требовала периодической дезинсекции номеров. А если и забрела какая-то несчастная летняя букашка через открытый балкон – ну что же, бывает. Лучиков тогда хлопаньем дверей и криками перебудил весь этаж. Паука не нашли, все закончилось извинениями и небольшим презентом от отеля.

– Я прошу сделать что угодно, но больше не размещать этого господина у нас! – потребовала тогда Северцева. – Я никогда не видела его в нормальном состоянии духа. Впрочем, душевное здоровье – это его дело. Но скандалы и придирки слышат другие гости.

И вот Лучиков опять здесь. Кто и когда забронировал на него номер, еще выяснится, но не пускать уже приехавшего гостя нельзя.

– Как ты думаешь, скандал будет? – спросила Саша у Антошина, который все это время находился неподалеку, внимательно наблюдая за Лучиковым и отдавая приказания по мини-рации.

– Черт его знает. Ребята посмотрели, машина та же, приехал один. Из вещей вот эта папка. Наверное, чемодан в багажнике. Он на сколько дней?

– На десять. И чего от него ждать – бог знает!

– В каком номере будет жить?

– В двести десятом. Это же «пожарный номер», – вздохнула Александра.

«Пожарный номер» придумала Северцева – это были апартаменты, которые держались в идеальном порядке на тот случай, если необходимо срочно переселить кого-то из гостей. Всякое бывает – форс-мажор в виде лопнувшей трубы, увы, никто не отменял. В «пожарном номере» всегда было больше подарков для гостей, обязательно стояло хорошее шампанское, шоколад. Отдавая распоряжение о содержании этого номера, Наталья понимала, что гостя, который был, например, разбужен среди ночи, надо окружить особым вниманием, предложить что-то такое, что как-то смягчит его недовольство.

Как известно, в пятизвездочном отеле комната не может быть меньше шестнадцати квадратных метров. На деле номера еще больше, и больше половины из них состоят из нескольких комнат. «Пожарный номер» был одним из самых больших, да еще с французским окном. Горничные тратили на ежедневную уборку этого номера уйму времени. К трем часам – концу их рабочего дня – многие падали с ног, и несмотря на это, менеджеры требовали, чтобы перед уходом еще раз на каждом этаже был проверен «пожарный номер».

Вот в какое роскошное место поселили сейчас скандалиста.

– Надеюсь, будет доволен, – подбодрил Александру Антошин, – давай верить в чудо.

Александра ответила улыбкой на его ободряющий взгляд.

– Комиссия здесь уже? – спросил Сергей.

– Да, они уже наверху, их встретила Наталья Владимировна.

В последнее время имя и отчество владелицы отеля давались Саше с трудом. Хотя именно Северцева разглядела в ней способности и сделала третьим лицом в иерархической лестнице отеля. И именно в мужа Северцевой влюбилась без памяти Саша.


Александра Соколова с отличием окончила академию гостиничного хозяйства и кинулась искать работу. Во время учебы она подрабатывала в кафе и жила безбедно, но хотела делать карьеру. Первым местом ее работы был небольшой частный отель на окраине Москвы. Саше понадобилось три дня, чтобы распознать в заведении обычный бордель. Затем вместе с однокурсницей она уехала в Турцию, подписав контракт на полгода. Они работали сначала горничными, потом администраторами, встречающими гостей, аниматорами, переводчиками и даже экскурсоводами. Платили им неплохо, жизнь была спокойная, одно оказалось плохо – климат. Саша с трудом переносила жару. Когда летний сезон закончился, стало легче, но потянуло домой. А дома, в Смоленске, ждали родители, которым нужна была помощь. Немного передохнув, Саша опять бросилась искать работу в Москве. Проходя мимо «Гранд-Норда», она вмиг очаровалась. Роскошь этого места не смутила ее. Качество и стиль – вот что угадывалось здесь. Саша не раздумывала ни секунды. Она подошла к статному швейцару-усачу и обратилась к нему:

– Простите, как мне пройти, я по поводу работы?

Матвей Ильич, а в этот день работал он, доброжелательно посмотрел на девушку и спросил:

– Вам назначено?

Саша хотела соврать, но раздумала.

– Нет, но я специалист. У меня диплом и опыт. Только нет работы.

Матвей Ильич любил честных. Он почтительно раскрыл перед Сашей двери и, когда она прошла мимо него, шепнул:

– Сергей Александрович Антошин. Вы к нему. На собеседование.

– Спасибо вам, – прошептала Саша и, дрожа от страха, подошла к администратору.

Сергей Александрович Антошин оказался приятным мужчиной с грустными глазами. С ним состоялся обстоятельный, но странный разговор. Не последовало никаких дежурных вопросов про дату и место рождения, семейное положение и наличие детей.

– Представьте себе, вы горничная, – сказал Антошин, – с вами заговорил постоялец, он недоволен. Какие варианты ответов на его претензии?

– Всего два, – тут же ответила Саша. – Сначала извинения, потом озвучу действия по устранению проблемы.

– Отвечая гостю, вы смотрите…

– …на его подбородок. Я не буду смотреть в пол, в сторону или ему в глаза.

– Отлично, – кивнул Антошин, внимательно посмотрев на Соколову.

– Нас так учили в академии.

– Вы занимаете любую должность в департаменте обслуживания. Гость посылает вас за сигаретами в бар, магазин, ресторан. Ваша реакция?

– Я скажу, что мне запрещено покидать мое рабочее место.

– Гость недоволен.

– Я сообщу о его просьбе в службу доставки.

– Очень хорошо. И последний вопрос. Если гость выразил желание порезать пододеяльник на лоскуты, что вы должны сделать?

– Позвать кого-нибудь из руководства. Например, администратора.

– Если администратор – это вы?

– Любого, кто выше меня по должности.

– Про опыт работы вы расскажете, когда будете разговаривать с руководством, – произнес Антошин, давая понять, что собеседование окончено.

– А вы? – растерялась Саша.

– Я не руководство. Я проверяю вменяемость сотрудника, – рассмеялся Антошин и позвонил кому-то.

– У нас есть вакансии? – спросил он.

– А что? – послышалось из телефонной трубки.

– Есть человек с образованием и опытом. Я уже переговорил. Может, посмотришь?

– Посмотрю, тут как раз на «французском» этаже я коридорного уволила. Совсем обнаглел парень. Присылай.

Через несколько дней Александра Соколова приступила к своим обязанностям. Придя утром на работу, она подошла к парадному входу и остановилась около швейцара:

– Спасибо вам большое. Вы мне очень помогли. Меня взяли.

Швейцар посмотрел на нее удивленно и пожал плечами:

– Не понимаю, девушка.

Саша прошла в отель, гадая, что бы значила эта реакция швейцара.

Еще через несколько дней тот же швейцар радостно окликнул ее:

– Так это вы наш новый белл-мен? Я рад, что все получилось!

Позже Саша научилась различать братьев-близнецов, с которыми быстро подружилась. Она привыкла к тому, что ее должность в этом отеле называется не «коридорный», а красивым словом «bellman», «человек-звонок». То есть тот, кого вызывают звонком и который выполняет функции сопровождающего, курьера, советчика.

На новой работе было все хорошо. Вот только форма – узкие черные брючки и короткая куртка с позументами – сослужила Саше дурную службу. Ее стройная фигура неизменно привлекала внимание мужчин. Приходилось быть особенно суровой и серьезной. Антошин, который увидел Сашу в форме, тихо присвистнул: вид девушки оказался соблазнительнее, чем если бы она была обнаженной.