(мрачно)

Кто ж это мне прикажет, не пойму…

Гекуба

(судорожно обнимает Поликсену)

Как дуб ее плющом я обмотаю…

Одиссей

(касаясь ее плеча)

Коль разума лишатся все вокруг.

Гекуба

Не выпущу… не выпущу ребенка.

Одиссей

(со сдержанным, но уже грозным гневом)

Но без нее я тоже не уйду.

Поликсена

(освобождаясь, мягко, но настойчиво)

Родная, успокойся!.. Сын Лаэрта,

Она сама себя не помнит… Это ж

Понятно… Не сердись… Не надо, мать!

Ведь он сильней… Или упасть ты хочешь?

Смотри, какие руки. Оттолкнет,

И, стукнувшись, ты старое покажешь

Уродливо-израненным лицо…

Пауза: несколько секунд молчаливой борьбы.

Где ж удержать тебе меня? На что

Надеешься? Довольно унижений.

Мне нежную скорее руку дай;

В последний раз прижмусь к твоей ланите:

Злосчастной, мне не видеть света дня!..

Последнему внимаешь ты привету;

О мать родная, – в ад я ухожу!

Гекуба

О дочь моя! Увы, рабыней жалкой

Богами суждено мне дни влачить!

Поликсена

Уйду в подземный мир одна, и ложе

Невесты царской одиноко здесь…

Гекуба

Дитя мое! Как за тебя мне горько,

Но мать твоя несчастней во сто крат!

Поликсена

В Аиде мне без ласк родимой страшно!

Гекуба

Увы! Что делать мне? Как кончить жизнь?

Поликсена

Я – дочь царя, и ухожу – рабыней!

Гекуба

О, сколько схоронила я детей!

Поликсена

Что мне отцу и Гектору поведать?

Гекуба

Что мать твоя – горчайшая из жен…

Поликсена

О грудь, меня вспоившая так сладко!

Гекуба

О дочь, безвременной добыча смерти!

Поликсена

Будь счастлива!.. Прощай и ты, Кассандра!..

Гекуба

Я счастья на пути своем не вижу,

Оно ушло от матери твоей!

Поликсена

Будь счастлив, Полидор, в степях фракийских!

Гекуба

Да, если жив он только… Сердце мне

Сомненье гложет, так несчастна я.

Поликсена

Нет, нет! Он жив, я знаю. Полидор

В последний час тебе глаза закроет…

Гекуба

Мне горе погасило свет очей!..

Поликсена

(Одиссею, освободившись от матери)

Царь Одиссей, идем, но только мне

Лицо завесь, а то, пожалуй, раньше,

Чем вы меня заколете, я сердцем

Растаю от рыданий материнских

Иль изведу слезами мать.

(К солнцу.)

Тебя

Еще назвать могу я, радость солнца,

Но свидимся мы разве между медью

Ножевою и пламенем костра…

(Поликсена спускает вуаль и уходит вместе с Одиссеем и свитой.)

ЯВЛЕНИЕ ШЕСТОЕ

Гекуба и хор.

Гекуба

(вслед уходящим)

Ой… Лихо… Ухожу я… Факел гаснет…

Расходятся суставы… Дочь моя!

Возьми меня… Хоть руку дай… Дитя,

Не оставляй одну, бездетною… О смерть…

ПЕРВЫЙ МУЗЫКАЛЬНЫЙ АНТРАКТ

Хор

Строфа I

Ветер, ветер, дитя морей!

Ты по влажным полям несешь

Быстрокрылые челны… О,

О, куда же ты мчишь меня?

Где я, горькая, дом найду?

Где же купят нас?

На дорийских брегах?

Иль на фтийских лугах,

Где волнами бегут серебристыми

Апиданом потоки рожденные?

Антистрофа I

Или жребий мне дом сулил,

Окруженный волнами дом

Для печальной невольницы,

Там, где лавра священные

С пальмой ветви младой сплелись,

Над Латоею ложе мук одев,

Чтоб меж Делоса дев,

Артемида, твою прославляла я

Диадему златую и лук златой?

Строфа II

Или в веси Паллады,

Девы лучисто-колесной,

Нитями пестрыми буду

Пеплос ее шафранный

Я украшать, запрягая

Дивной коней в колесницу,

Деве рисуя титанов,

Зевса перуном пылких,

В вечную ночь погруженных.

Антистрофа II

Горе, горе… о дети…

Горе… о предки… О Троя!..

Ты, о добыча аргосцев,

Полная черным дымом,

Пламенем полная жадным!

Горькое имя рабыни!

Вместо небес фригийских

Рабское ложе в Европе…

Терем Аида не краше ль?

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ

ЯВЛЕНИЕ СЕДЬМОЕ

Со стороны стана – Талфибий, уже старый глашатай, с царским скипетром.

Талфибий

(ищет глазами Гекубу, потом хору)

Где бывшую царицу Илиона,

О дочери троянские, найду?

Корифей

(указывая на неподвижную Гекубу)

Да вот она, Талфибий, темной ризой

Отделена от мира – на земле…

Талфибий

(после некоторой паузы)

О Зевс! О, что скажу я? Соблюдаешь

Ты точно ль нас? Иль даром ты почтен

От нас такою славой, а поставлен

Над смертными лишь Случай?

Здесь, в пыли,

Жена царя Приама, златоносных

Фригийских гор царица… Эта? Нет!

Невольница и дряхлая, детей

Пережила она. Пред ней и город

Пал, копьями расхищенный, – и вот

Она лежит, главою злополучной

Мешая пыль. Увы! И я – старик;

Но если там, в остатке жизни, скрыта

Такая же постыдная судьба,

Так умереть бы поскорей…

(Подходит к Гекубе и, склонившись над нею)

Старуха,

Встань, бедная! Ну, хоть приподнимись!..

Пауза.

Хоть голове-то дай расстаться с пылью…

Гекуба

(не вставая)

Кто не дает покоя и убитым?

Кто б ни был ты, не рушь меня, скорбящей.

Талфибий

Талфибий я. Данайский я глашатай,

А за тобой Агамемноном послан.

Гекуба

(поднимаясь и точно проснувшись)

О лучший друг! Не правда ль, ты принес

Решение ахейское – на гробе

Зарезать и меня? Как хорошо!

О, поспешим! Показывай дорогу.

Талфибий

Нет, женщина. Я здесь – сопровождать

Тебя к твоей покойнице. Ты можешь

Похоронить ее. Атриды с тем

Меня прислали и народ ахейский.

Гекуба

Так что же я услышу? Значит, смерть

Отсрочена опять? О вестник бедствий!

(Закрывает лицо руками. Пауза.)

И ты, о дочь оторванная, – смертью

Сиротство ты усилила мое.

(Пауза. Потом Талфибию.)

Но кончили вы как же с ней? Была ль

Хоть жалость в вас? Иль ужас был и злобен?

Хоть горько слышать – все же расскажи.

Талфибий

(не сразу)

Два дара слез над мертвою… Ну что же?

Послу и то награда… Оросят

Они лицо опять… И там – я плакал.

Громада сил ахейских у холма

Ахиллова, где дочь твою для жертвы

Готовили, – блистала полнотою.

Пелидов сын, касался руки

Царевниной, на холм ее поставил.

Я, как тебя, теперь их видел. Шли

И юноши отборные за ними,

Чтоб твоего детеныша держать

В минуту содроганий. Следом кубок

Из золота литой и полный царь,

Обеими руками взяв сначала,

Потом одной возносит и отцу

Готовится свершить он возлиянье.

Он знаком мне велит призвать народ

К молчанию, а я, в ряды вмешавшись,

Так говорю: «Молчание… молчи,

Ахейский люд… Молчите все…» Толпа

Застыла, как под штилем… Зазвучали

Слова Неоптолема: «О Пелид,

О мой отец, те чары, что приводят

К нам мертвецов, ты не отринь. Явись

Ты девичьей напиться крови чистой;

То войска дар и сына. Ты ж за это

Открой дорогу кораблям, узду

От них вручи ахейцам, чтобы легок

Наш был возврат и всем увидеть дом!»

Так вот слова его. А войско кликом

Венчало их.

Тут, взявшись за эфес,

Царь меч извлек сияющий. А свите

Отборной он кивает, чтоб схватила

Она юницу. Ею царский знак

Уловлен был, и речь ее ответом

Была к толпе: «Вы, Аргоса сыны,

Что город мой разрушили! Своею

Я умираю волей. Пусть никто

Меня не держит. Я подставлю горло

Без трепета. Но дайте умереть

Свободною, богами заклинаю,

Как и была свободна я. Сойти

Рабынею к теням царевне стыдно».

И смутный гул покрыл слова.

А царь

Агамемнон сказал: «Освободите».

И, царское приявши слово, дочь

Приамова от самого плеча

И по пояс свой пеплос разорвала,

Являя грудь прекрасней изваяний.

Потом, к земле склонив колено, так

Сказала нам она отважно: «Вот,

О юноша, вот – грудь моя, коль хочешь

Разить ее, ударь; а если шеи

Возжаждал нож, – мое открыто горло».

И, жалостью объят, Неоптолем,

Невольной волей движимый, дыханью

Ударом быстрым пресекает путь.

Потоком кровь из раны льется. Дева ж

Последний луч – старается упасть

Пристойно и скрывает, умирая,