— Что значит, завалили? Ты о чем?

— Волкова хотят убрать, Камилу тоже, — как ни в чем не бывало пояснил Боно, указывая пистолетом, чтобы я зашел в комнату, — мне показалось, что ты захочешь спасти девчонку. Это в твоих силах. Я пришел просить за нее.

Я прошел через зал на балкон, закуривая сигарету. Боно вышел следом. Он уже не держал меня на прицеле, но и не торопился спрятать пушку. Глядя на меня, тоже достал пачку, зажимая сигарету в углу рта. Я еще раз отметил, что замашки у мужика точно не ментовские, больше на быдло из подворотни похож. Смолит, не выпуская сигарету изо рта и пускает густое облако дыма, с прищуром рассматривая меня.

— Я не Многоликий, — сообщил я, смотря из открытого окна вниз, — я не могу завалить Волкова.

— А кто Многоликий-то? — протянул Боно. — Баба твоя? Амина? — он улыбнулся. — Я все знаю про вас. Когда к бару подходишь, капюшончик надо посильнее натягивать, потом следить за Волковой. Я предлагаю тебе сотрудничество.

— Смысл мне с тобой сотрудничать?

— Амина Салимова, якобы недавно погибшая супруга Никиты Салимова, который скончался не приходя в себя. Уверен, баба его и пришила бутылочкой Джина. Хороший, кстати, напиток. Специально храню бутылку на память. Сколько на руках твоей Ами крови? Она же все заказы, которые ты не брал, принимала, — Боно убрал пистолет за спину и выкинул окурок в окно. Оперся ладонями на пластиковый подоконник и хмыкнул, облизнув губы, — Ты знал, что она за твоей спиной заказы принимала? Те, от которых ты отказывался.

— Знал, — соврал. Ни хрена я не знал. Точнее, не помнил.

— Ну, знал, так знал. Тогда продолжу. Твоя пассия сейчас едет к Ефремову за документами. Там ее ждут мои люди. У тебя двадцать минут на то, чтобы согласиться на мои условия, или девку скрутят прямо с новыми паспортами. Ты направишься вслед за ней. Нравится такой вариант?

— А если я соглашусь сотрудничать. Тогда что?

— Тогда Амина остается на свободе, воспитывая дальше твою племянницу, а ты один садишься в тюрьму. Выбирай. Осталось семнадцать минут.

Он ушел обратно в комнату, а я остался размышлять. Послать его, но Боно бил по больным точкам: Ами и Ками. Черт. Если сейчас пошлю его, то рискую Перышком. Возможно, он не врет, но рисковать — не выход.

В этот момент Амина прислала сообщение:

«Двадцать минут прошло, я скоро буду у Ефремова. У меня все хорошо»

Боно знал, куда она поехала, значит, не брал на понт. Скорее всего за Ами следят и от моего решения зависела ее участь. Я не мог допустить, чтобы она пострадала из-за меня. Дине нужна была мать.

«Я жду тебя»

Я отправил сообщение и закрыл окно. Когда зашел в квартиру, Боно ковырялся в телефоне, развалившись на коричневом диване, как у себя дома. Залез прямо в обуви.

— Что от меня требуется, Боно? — поинтересовался я.

— О, ты знаешь, кто я такой, — восхитился мой гость, — похвально. А говорили, память потерял.

— Мы с тобой пересекались что ли? — протянул, прокручивая в голове возможные варианты.

— Было такое, — стальные глаза наполнились насмешкой, — мне даже обидно, что ты меня забыл. Я вот до сих пор помню, как ты меня петардой на торте обзывал.

— Почему петардой?

— Не знаю, не комментировал. Видимо, ты сейчас уже не помнишь, чтобы раскрыть тайну века. Но не будем об этом, — Боно тяжело вздохнул и поджал губы. Его лицо стало серьезным, — лучше поговорим про Камилу и твою задачу.

Он достал телефон и набрал чей-то номер, включая громкую связь. Когда на том конце провода ответили, протянул мне мобильный.

— Слушаю, — я растерялся.

— Ильяс? — мне ответил мужской голос. На слух, он принадлежал мужчине в возрасте. Мой собеседник тоже растерялся, но сразу меня узнал. — Сынок, тебя же Волков взорвал, как такое возможно?

— Сынок? — я удивленно посмотрел на Боно. — Мой отец мертв, какой я тебе сынок?

— Я знаю, прими мои соболезнования. Ты обижен на меня? Я не знал, что ты погиб и как связаться с тобой — тоже. Амина куда-то испарилась, я пытался помочь ей, но на нее такую охоту объявили, что меня бы завалили, если бы полез открыто. Как Ами? Она с тобой?

— Потом про нее, — отрезал. Боно губами показывал, чтобы сказал про Волкова, — я тебе звоню по поводу Волкова.

— Я понял, что ты не смог отказать себе в удовольствии — замочить этого демона. Когда мне сказали, что ты позвонил, не поверил. Поэтому попросил лично мне перезвонить.

— Бывает, — мой голос звучал безразлично. Мне абсолютно плевать, кто меня узнал или нет, я не понимал, что происходит и не хотел общаться с непонятным типом, который звал меня сынком.

— Ладно, я понял тебя. Скину сообщение на этот номер, как обычно. Формат помню. От меня что-то требуется?

— Кроме денег ничего, — ответил так, как показал Боно.

— Договорились, — согласился мой собеседник, — потом пообщаемся. На днях я свяжусь с тобой.

Он скинул звонок и я швырнул телефоном в Рому.

— Кто это такой и что это значит?

— Бери, это мой подарок, — Боно вернул его мне обратно, вставая с дивана, — я часами раннее позвонил им сам представился тобой. Сказал, что возьмусь за Волкова. Ожидаемо, что меня попросили перезвонить самому Жиглову.

— Кто такой Жиглов? — фамилия смутно показалась мне знакомой.

— Это твой крестный, Сафаров. Ты реально ни хрена не помнишь? — недоверчиво покосился Рома. — Петр Жиглов, занимается наркотой. Свалил из тюрьмы, сейчас точит зуб на Волкова. Это давняя история, если тебе будет интересно, приду к тебе в тюрьму и расскажу. Для меня важно, чтобы Камила не пострадала.

Он нервно сглотнул, на минуту скидывая с себя маску разгильдяя. Мышонок была ему небезразлична.

— Я взял заказ на Волкова, а Камила? — спросил, чувствуя, как завибрировал телефон. Прошло еще двадцать минут.

— Сейчас мы обезопасили Волкова. По поводу Камилы я тебе сообщу позже, я не знаю, как от нее собираются избавляться, но ты должен будешь ей помочь. Но ты помнишь наш уговор? Ты идешь в тюрьму, Амина остается на свободе.

— А если я сбегу? — я прищурился.

— Я знаю, где Дина, Ильяс, — подмигнул мне Боно, — лучше не глупи.

Глава 28


Настоящее время

Ильяс


— Почему мы все еще торчим в этом городе? — мы сидели в пустой местной кафешке, заказав себе по кофе, когда Ами снова завела этот разговор. — Камила с мужем, Боно получит свои звездочки за очередное раскрытие дела. Мы чего ждем?

— Чуть позже отвечу, — я огляделся по сторонам и нервно поправил ворот кожаной куртки. Чувство беспокойства меня не покидало с самого утра. Мы договорились с Боно встретиться в этой забегаловке через час, а я все никак не мог признаться Перышку в том, что нам с ней предстоит расстаться. Боно обещал её отпустить, но все равно меня накрывала волна паники, которая не давала сосредоточиться.

— Когда позже? Что происходит, Илья? — я вздрогнул, когда она снова меня назвала именем, которое мне дали в больнице. Ами продолжила:

— Ты сам не свой. Ты меня с рук не спускаешь, ведешь себя так, словно мы с тобой последние дни вместе. Что происходит? Не лги мне, пожалуйста, — она протянула руку через столик, накрыв мою холодную ладонь своей. Горячей.

— Сейчас расскажу, — я сжал её ладонь, пытаясь собраться мыслями. — Только сначала ответь мне на один вопрос. Хорошо? — дождавшись её кивка, осторожно начал. — Камила сказала, что я убил её родителей. Это так?

Амина побледнела и нервно облизнула губы. Мне не давал покоя этот вопрос с момента, когда Мышонок обвинила меня в убийстве своей семьи. Я не был к такому готов, ведь искренне считал, что это сделал Волков. Я читал новости, там говорилось, что главный подозреваемый — Назар.

— Это не ты, — её глаза забегали, показывая, что она что-то скрывает.

— Амина, — процедил сквозь сжатую челюсть, — не ври мне. Не играй с моей амнезией, достаточно. Это я сделал? Ты знала и молчала?

— А ты не помнишь тот день? — в её глазах мелькнул страх.

— Помню, но обрывками. Помню, как завалил охрану, проходя в дом, но потом провал и вот я захожу в комнату, а там труп отца Ками. Это я их приложил?

— Это не ты, — она убрала свою ладонь и начала быстро мешать пластиковой палочкой остываюший кофе.

— А кто? Ты же знаешь, кто это. Ну? — нетерпеливо спросил.

— Я не знала, что она винит тебя. Потом твоя Мышка мне сказала, что считает, будто это ты, но я ей сказала, что это другой человек. Прости, если бы я знала, что тебя в этом обвиняют, сказала бы сразу…

— Ами, кто их убил? Говори. Инзиля была твоей лучшей подругой, это ты что ли их убила?! — не сдержавшись, рявкнул на неё.

Амина вздрогнула от непривычного повышенного тона и отрицательно замотала головой. Впервые видел её такой растерянной. Обычна она умела держать лицо и изворачиваться, но сейчас немела передо мной. Я догадался: кто-то из нас убил родителей Камилы. Или это Эля, которую мне пришлось связать в доме Жиглова. Тогда мне было сложно переступать через близких, но сделка с Боно была важнее. С недавних пор не хотел участвовать в разборках других людей. Я устал.

— Ильяс, — начала Ами, запнувшись. Пыталась подобрать слова.

Пока она собиралась мыслями, я заметил оживление на улице. Через стекло было видно, как напротив кафе припарковался отполированный кроссовер и тонированная "Ауди". Я знал, кому принадлежала иномарка.

Ами проследила за моим взглядом и мы синхронно вскочили из-за стола, смотря друг на друга.

— Уходи, — я кивнул в сторону запасного выхода, — я прикрою.

— Нет, — Амина побледнела и и с ужасом вглянула на меня, — он убьет тебя. Я не оставлю тебя.