Ближе к вечеру в его душе появилось волнение и нехорошие предчувствия. Антон не мог понять, отчего тревога и беспокойство завладели им. «Наверное, оттого, что не знаю, как объясниться со Светланой», - подумал он. Время неумолимо неслось вперёд. До прилёта самолёта оставалось полтора часа. Если сейчас помчаться в аэропорт, как раз успеет её встретить. Антон встал и нервно зашагал по комнате. «Нет, не стоит ехать, пусть поймёт, что у меня есть причины так поступить, - крутилась в голове настойчивая мысль. - Надо выдержать полчаса, тогда спешить будет бессмысленно».

Он заставил себя сесть за стол и занялся разбором деловых бумаг. Их скопилось невероятное количество, многие стали не нужны, от них в самый раз избавиться. И вдруг в комнату влетела журналистка из отдела «Новостей». Вид у девушки был растерянный. Она с порога закричала:

- Ты слышал, разбился самолёт!

Её нервное возбуждение передалось Антону.

- Где? - у него «ёкнуло» сердце.

- В нашем аэропорту. На посадке что-то случилось, машина развалилась на части. Говорят, много пострадавших. Господи, что делать? У меня этим рейсом летел муж.

Она отвернулась и заплакала.

Тревога, поселившаяся в душе с начала дня, с новой силой охватила его, и Антон на несколько секунд потерял дар речи. Когда заговорил, не услышал своего голоса, язык ворочался с трудом, рот не хотел открываться.

- Какой номер рейса? - сделав усилие, выдавил он.

- 5213, - со слезами на глазах сказала журналистка.

Антон стрелой вылетел из кабинета и помчался к парковке. Этим рейсом должна была прилететь Светлана. Кто-то попадался на его пути, он ничего не видел, расталкивая всех, летел как угорелый. Сел в машину и поехал в аэропорт. По дороге его с воем обгоняли пожарные и «Скорые», все мчались в одном направлении. Возле въезда в аэропорт стояла машина патрульной дорожной службы, рядом топтался гаишник, жезлом останавливая подъехавшие автомобили. Никого, кроме спецтранспорта не пропускали. Антон понял, что попасть обычным путём в здание аэропорта не сможет. Он подошёл к гаишнику и показал удостоверение. Тот молча посторонился, разрешая пройти.

На дверях зала ожидания, увидел болтающуюся на ручке пластмассовую табличку с надписью: «Аэропорт закрыт». Он кинулся к выходу на лётное поле, но и там стояли неприступные охранники в камуфляжной форме. Антон использовал обычный, беспроигрышный приём: развернул документ. На этот раз тоже повезло, его пропустили. Выбежав на лётное поле, вдалеке увидел дымящееся зарево, ринулся к нему. Возле пожарища собралось много машин, работали с брандспойтами пожарные, мелькали медики в белых халатах и спасатели в куртках с надписью МЧС. Место катастрофы было ограждено металлическими стойками с натянутым между ними канатом. По ту сторону преграды ходили сотрудники аэропорта и милиционеры. Они никого не пропускали. Неподалёку находилась машина с надписью городской телекомпании, оператор снимал на камеру репортаж корреспондента на фоне догорающего самолёта. Журналист что-то говорил, показывая рукой в сторону места происшествия. Антон остановился. Отсюда было видно, как вокруг разваленного и обгоревшего самолета работали спасатели. Кто-то сзади сказал:

- Кошмарное зрелище. Говорят, много пассажиров погибло.

Он вздрогнул, обернулся и увидел коллегу.

- Ты давно здесь? - спросил Антон.

- Примерно полчаса.

- Экипаж спасся?

- Неизвестно. Об этом молчат.

- Где узнать, у меня там находилась жена, - растерянно произнёс Антон.

- Пострадавших развозят по больницам, - добавил журналист.

Антон подошёл ближе к репортёру и прислушался.

Тот был взволнован, говорил торопливо и сбивчиво, из сумбурной речи Антон понял, что на посадке у самолёта отломалось шасси, он вылетел за пределы взлётно-посадочной полосы и загорелся. Списки погибших и спасшихся составляются, всем родственникам наводить справки по телефону диспетчера расписания полётов. Когда корреспондент закончил, Антон спросил, в какие больницы развезли пострадавших. Тот пожал плечами. «Может, она уже дома?» - неожиданно пришла в голову Антона мысль. Он поспешил набрать номер, долго держал трубку, слушая длинные гудки, надеялся, что она в ванной, услышит и подойдёт. Ничего такого не произошло, он выключил мобильник. Надо обратиться в диспетчерскую службу. Издалека было видно, как на месте крушения работают спасатели, разбирая завалы. «Скорые» разъехались, видимо, к этому времени увезли всех травмированных людей.

«Кто скажет про Светлану? Где она, что с ней? - лихорадочно соображал Антон. - Наверняка, работники аэропорта знают, кто погиб, кто остался в живых, им это сразу становится известно». Он вернулся к зданию аэропорта, надеясь получить сведения. Входная дверь была по-прежнему заперта. Из окна хорошо просматривался зал ожидания, который был непривычно пустым. Постояв несколько минут без пользы, решил проникнуть вовнутрь через служебный вход, который находился с торца. На турникете остановил охранник. Антон сказал, что ищет жену, она летела этим рейсом. Парень набрал номер телефона, с кем-то переговорил и сказал:

- Идите в кабинет 2-13, там скажут.

В небольшой комнате за столом находился мужчина в лётной форме и разговаривал по телефону. На стульях сидели люди, судя по одежде, работники аэропорта. Лица у всех были хмурыми. На Антона обратили внимание. Один мужчина спросил:

- Вы что хотели?

- Узнать о жене. Она летела этим рейсом, стюардесса, Байкалова. Мужчина молча просмотрел списки, потом сказал:

- Её не обнаружили среди погибших членов экипажа, но и среди живых никто не видел.

- Где же она? - удивился Антон.

- Выясняем. Экипаж погиб, вместе с ним и стюардессы. В живых остался один стюард, которого в бессознательном состоянии увезли в больницу. Разговаривать с ним невозможно, нужно ждать, когда человек придёт в себя.

- В какую больницу его увезли?

- Пострадавших много, развозили по разным стационарам.


Больше ничего узнать не удалось. Антон вышел из здания и направился к машине. Он не знал, с чего начинать поиски Светланы. В душе оставалась надежда, что она дома. Мысль о том, что нужно наводить справки среди погибших, он сразу отверг и такой вариант не рассматривал. На работе все только и говорили о трагедии. В комнату вошёл сослуживец и сказал, что во время отсутствия его искала госпожа Корнева. Она интересовалась, когда он появится на работе. Антон пожал плечами. Сейчас ему не до Корневой, хорошо было бы ей больше не напоминать о себе Он, в свою очередь, вычеркнет её имя из записной книжки и из памяти.

Антон через каждые полчаса звонил домой, но никто трубку не брал. Значит, нужно ездить по больницам и узнавать там.

***


Лолита сидела в своём кабинете. Стационар был заполнен пострадавшими. В основном люди получили травмы и ожоги. Некоторые отравились угарным газом, их лечат от интоксикации. Теперь сюда приходят родственники и знакомые сдавать кровь. Сегодня приняли много доноров, такого количества в обычные дни не бывает. Лолита заварила чай и налила в кружку, взяла «Вечёрку» и стала просматривать сообщения. В разделе «Светская хроника» её внимание привлекла любопытная заметка. Госпожу Корневу видели в обществе журналиста Солдатова Антона. Они мило проводили вечер в кафе, а потом внезапно покинули его и уехали в красном «Пежо». «Вот это новости! - подумала Лолита. - С чего бы Антон поехал к ней домой? Он, по крайней мере, младше её на десять, а то и на пятнадцать лет. Правда, светская львица умеет хорошо маскировать истинный возраст. Антон красив, наверное, дамочка положила на него глаз. А я-то думала, что он прикипел к Байкаловой! Значит, у него с ней не всё гладко».

Размышления прервал стук в дверь.

- Войдите!

На пороге стоял молодой человек в спортивном трико, в шлёпанцах, с забинтованными руками. По внешнему виду она поняла, что это пациент больницы. Парень в нерешительности молчал.

- Что вы хотели? - спросила Лолита.

- Понимаете, - начал говорить он, перетаптываясь с ноги на ногу. - Нужно сдать кровь.

- Зачем? Вы же находитесь здесь на лечении?

- Да, уже выздоравливаю. Мне решительно ничего не нужно, - он махнул рукой. - Одной женщине кровь необходима, хочу для неё сдать.

Лолита спросила:

- Кто она вам?

- Очень дорогой для меня человек.

- Понятно. Как ваша фамилия?

- Озеров.

- Для кого именно хотите сдать кровь?

- Для Байкаловой, она лежит в реанимации, я знаю.

- Постойте, но ведь она недавно отдала вам свою! -- воскликнула Лолита.

- Да, я знаю. Теперь пришла моя очередь.

- Но мы так не делаем. У пациентов, находящихся на лечении, кровь для переливания не берут.

- Бывают разные обстоятельства, - настаивал молодой человек.

Лолита сняла трубку и набрала номер.

- Алло! Отделение реанимации? У вас находится Байкалова?

Она стала выяснять с каким диагнозом лежит пострадавшая, что ей необходимо. Закончив разговор, положила трубку и сказала Озерову:

- Врач говорит, что вы не отходите от дверей реанимации и всё время предлагаете свою помощь для Байкаловой. Идите к себе и успокойтесь. Доктора делают всё необходимое. Ей стало лучше, хотят перевести в общую палату. Пока в переливании крови она не нуждается.

Озеров вздохнул и вышел. «Нужно немедленно найти Антона – подумала Лолита. - Пусть приедет и сам удостоверится в том, что его подругу опекает другой мужчина. Они оба так трогательно беспокоятся друг о друге, видимо, их связывают прочные отношения».

Она названивала в течение часа, но его на работе не было. Тогда Лолита позвонила на вахту и просила передать для него весть: в первой городской лежит Байкалова.

Из окна кабинета Лолита периодически поглядывала на парковку, надеясь вовремя заметить Антона. Она хотела ещё раз поговорить с ним. Её надежда оправдалась: вскоре он приехал. Лолита вышла навстречу, специально изобразив всем видом удивление: