— Опять опаздываешь, — вместо приветствия шутит парень, хлопая меня по пятой точке, словно наказывая за проступок.

— Прости-прости, — я хватаюсь за ручки коляски и толкаю её. Мы идём вглубь парка, чтобы снова оказаться в долгожданной тени. — Встретила Андрея. Не знаю, как он оказался в том же кафетерии, что и я, но, кажется, он продолжает следить за нами.

Егор фыркает, откидывая голову назад, чтобы посмотреть на меня. Я вскидываю бровь, мол, что такое?

— Чё хотел?

Пожимаю плечом, немного сбавляя скорость.

— Машу искал, — бурчу я, немного морщась, а после снова натягиваю на себя улыбку. — Она же свалила из города. Решила вернуться обратно и поискать Мишу, думает, что он смог выжить. Просила, чтобы я Тарану ничего не говорила, он же рванёт за ней и начнёт отговаривать.

Егор садится ровно, задумчиво хмурясь и, наверное, вспоминая всё то, что произошло с нами за последний год с момента побега из родного городка, где мы с ним познакомились.

— А ты как считаешь? — интересуется Шторм. — Про Мишу. Думаешь, ему удалось выжить?

Я пожимаю плечом, а потом понимаю, что парень не может увидеть этого, и отвечаю:

— Я не знаю, — признаюсь я. — Год прошёл. Если бы он был жив, то, наверное, попытался бы найти Машу. Да и, если даже он смог выкарабкаться, Арчи его точно в покое не оставил бы. Тут либо Кузнецов погиб от ранений, либо до него добрался этот псих. Я не знаю… Конечно, хочется верить, что с ним всё в порядке, но, наверное, лучше быть реалистами, — я замолкаю, сворачивая в сторону, где меньше всего людей. — Машу жалко. Она так изменилась в последнее время. Наверное, стоило поехать вместе с ней. Вдруг, что случится…

— Не говори глупостей, — недовольно бурчит Егор. — Мы только отделались от этих психов, не хватало опять вляпаться во что-нибудь.

Я недолго молчу, задумчиво хмурясь.

— Андрей точно так же говорит, — замечаю я. — Но всё равно… Маша там уже неделю, но так ни разу и не позвонила. Прислала только три сообщения, что с ней всё в порядке. Не знаю, что она задумала…

Шторм упирается локтём в подлокотник и подпирает голову рукой. Проходит несколько секунд, прежде чем парень решает снова заговорить:

— Она вернётся, — заверят меня Егор. — Поймёт, что Миши больше нет, и вернётся.

— Или же вляпается во что-нибудь, решив отомстить за него, — не унимаюсь я. — Никогда не видела сестру такой. Она ведь обычно и мухи не обидит, всегда такая добрая и спокойная была, а тут в ней прям какой-то кровожадный мститель проснулся. Даже пугает иногда.

Егор смеётся.

— Я представляю, — фыркает парень. — Так и вижу постеры, — он показывает надпись, проводя рукой по воздуху. — Возвращения Бэтмена-Марии. Скоро на экранах страны. Я бы сходил…

— Да ну тебя, — смеюсь я. — Скажешь тоже.

Я толкаю коляску чуть быстрее, чтобы угомонить Штормова. Мы направляемся к дальней части парка, и я решаю закончить разговор про свою сестру. Лишние беспокойства только сведут меня с ума. Надеюсь, когда Маша вернётся, то не прихватит с собой наше прошлое. Этого нам сейчас совершенно не нужно.

2

my chemical romance — emily


— У меня на работе завал, — жалуюсь я, когда мы возвращаемся домой после прогулки в парке.

Я шуршу пакетами, которые висят на ручке инвалидного кресла Шторма, и кладу их на колени парню. Мы зашли в магазин и прикупили немного еды для ужина, так что сегодня голодать не придётся. Преодолев пандус, мы оказываемся в прохладном подъезде.

— Сегодня всю ночь пришлось в студии проторчать, — я останавливаюсь возле лифта и нажимаю кнопку вызова, начиная наблюдать, как кабинка нарочито медленно спускается с пятого этажа. — Сроки поджимают, дедлайн на носу. Не знаю даже, что и делать.

— Может, возьмёшь пару выходных? — предлагает Егор. — Пусть остальные поработают, почему ты должна сама всем этим заниматься.

— Да потому что у них у всех руки из жопы растут! — бурчу я, толкая кресло в кабинку, когда двери со звоном разъезжаются в стороны. Нажав на седьмой этаж, я облокачиваюсь на поручни и бросаю взгляд на своё отражение. Выгляжу я уставшей и бледной даже не смотря на выпитый недавно кофе. — Заказчик слишком привередливый, ему вечно что-то не нравится, — продолжаю жаловаться я. — То там не так, то здесь не нравится. Откуда они вообще такие берутся?

Шторм смеётся, хватая съезжающий с его колен пакет. Внутри стукаются две бутылки пива, и я отвлекаюсь на них. Уже представляю, как вечером мы откроем холодные напитки, сядем смотреть какой-нибудь фильмец и забьём на весь мир.

— Даже не знаю, — вздыхаю я.

Лифт останавливается — Егор сам выезжает на площадку и подъезжает к двери квартиры, которую мы с ним снимаем последние пару месяцев. Пока я ищу ключ в своей сумочке, парень наблюдает за мной.

— Тебе надо выспаться нормально, — констатирует факт Штормов. — Работа может и подождать.

— Тебе легко говорить, — бурчу я.

Откопав, наконец, среди барахла и прочей мелочи ключи от квартиры, я открываю дверь и пропускаю парня внутрь, после чего захожу следом, не забыв повернуть замок. Коридор здесь просторный, так же как и кухня с комнатой: мы специально выбирали квартиру побольше, чтобы Егору было комфортно перемещаться на своей коляске. Даже пришлось переставить пару шкафов, чтобы расчистить пространство.

Мне здесь нравится. Спокойный район, приветливые соседи и уютный новенький (пусть и не на сто процентов) дом с чистым подъездом и круглосуточным видеонаблюдением. Я как увидела эту квартирку, так сразу поняла, что это то, что нужно. Идеально.

Егор уезжает на кухню чтобы разобрать покупки, и я смотрю ему в спину, с тоской думая о том, что парень слишком уж привык к этому сраному инвалидному креслу.

На новую операцию у нас пока нет денег, мы за жильё-то еле платим, к тому же ещё нужна еда и прочие мелочи, а работаю из нас только я. Плюс парню платят пособие по инвалидности. В принципе, на жизнь хватает.

— Может, тогда проще было бы заказать пиццу или суши? — громко спрашивает Егор, когда я прохожу мимо кухни, чтобы забросить сумочку в комнату и поставить телефон заряжаться. — Чтобы не готовить лишний раз. Отдохнула бы…

— Да забей, — кричу я, бросая вещи на кровать. Осмотревшись, я нахожу зарядку от телефона, которую никто вытащить из розетки так и не соизволил, и позволяю своему сотовому полакомиться.

Еле удержавшись от того, чтобы не завалить на кровать (если я это сделаю, то точно не встану) я возвращаюсь на кухню и сажусь на диванчик, вытягивая ноги и с облегчением расслабляясь.

— Ещё и двенадцати нет, а я как дохлая рыба на суше, — ною я, наблюдая за тем, как Егор ловко справляется с продуктами.

Я планировала приготовить вечером тушёное мясо с картошкой, но сейчас у меня такое чувство, что я даже чай заварить не смогу. Тело ломит, а сил вообще нет. И даже моя сила воли мне не помогает: планы разобраться с домашними делами и хотя бы приготовить обед рушатся к чертям. Я прям чувствую, что стоит мне хотя бы прикрывать веки, как я тут же провалюсь в мир снов, и тоненькая струйка слюней будет стекать по моему подбородку. Это добавит поводов Егору подшучивать надо мной.

— И воняешь точно так же, — смеётся Шторм, иронично улыбаясь.

— Ну, неправда, — я нюхаю свои подмышки и немного кривлюсь. Запах пота смешался с дезодорантом и теперь похож на вонючий лук. — Ладно, правда, — сдаюсь я. — Но на улице жарко! Ты сам пахнешь не как букет пионов.

Шторм закрывает холодильник и разворачивает коляску, оказываясь ко мне лицом. Парень сидит так, словно на троне, и это выглядит даже немного забавно. Он вскидывает бровь, насмешливо осматривает меня, словно хочет что-то сказать, но так ничего и не говорит.

— Есть хочешь? — интересуюсь я.

— Не, — отмахивается тот. — Я позавтракал. Что не скажешь о тебе. Когда ты в последний раз нормально ела по утрам?

Я пожимаю плечом, пытаясь вспомнить хотя бы один нормальный завтрак, который я не проводила бы в спешке, и только потом понимаю, что Егор просто издевается надо мной.

— Я не помню, когда я в последний раз спала нормально, не то что ела, — тяну я, не обращая на его иронию внимания. — Завтра с утра опять в студию. Может, даже придётся вечером сегодня иди. Не знаю… Не хочется такой дорогой заказ упускать. У меня чуть меньше двух недель осталось, а сделано только процентов семьдесят. А всё почему? Потому что оставила сложную работу на идиотов, которые не способны даже план составить, чтобы успеть в срок.

Егор фыркает и разворачивает коляску, чтобы сделать себе чай. У нас в квартире специально вся посуда и прочая ерунда для чаепития находится в нижних шкафчиках и полках, чтобы Шторм мог спокойно добраться до них.

— Может, хоть дома не будем говорить о работе? — предлагает парень. — У тебя целых две недели, ты за это время успеешь сделать кучу всего.

Я ничего не отвечаю, потому что спорить с ним бесполезно. Может быть, я действительно преувеличиваю и раздуваю из мухи слона, но с другой стороны, если заказ прогорит, то в этом месяце нам придётся перейти на пустые макароны. Не хотелось бы упускать такие деньги.

— Ладно, пойду в душ, — вздыхаю я, устало поднимаясь на ноги.

Тело ломит из-за недосыпа, но я пытаюсь не обращать на это никакого внимания. Подойдя к Егору, я нагибаюсь и целую его в губы.

— Вонючка, — шутит Шторм, когда я отстраняюсь.

— Слышь, Рамси Болтон, — легко стукаю его по слечу. — Я Теон, а не вонючка!

— Ага, ну да, — продолжает издеваться парень.

Я показываю ему язык и выскакиваю из кухни, прежде чем ему в голову приходит очередная шутейка. Так, оставлю все мысли о работе до завтра, а сегодня мне нужно отдохнуть и набраться сил, чтобы снова взяться за проект. Если заказчик откажется принимать его, я засуну ему все разработки в задницу. Не зря же я столько нервов потратила за последний месяц…