Тем временем пальцы мужчины принялись ненавязчиво поглаживать талию, и от этого тысячи мурашек разбегались по её истосковавшемуся по ласке телу.

— Мммм… — Вырывается невольный стон удовольствия.

— Хорошо?

Голос с лёгким грузинским акцентом упал на несколько тонов и стал ещё более хриплым. Сексуальным… А руки и вовсе осмелели, опустились с талии на попку, сжали половинки. С удивлением Вита отметила, что ни капельки не комплексует из-за своих пышных форм. Какая ей разница, понравится ли Бачо её фигура, если она видит его в первый и в последний раз? Пропади все пропадом! И комплексы тоже… Одежда испарилась каким-то магическим образом. Не было никаких заминок или неловкости в процессе раздевания, просто спустя пару мгновений они оказались полностью обнаженными. Ух… Вите понравилось то, что она увидела! Зарылась рукой в густые волосы на крепкой груди, провела ладонями вниз, обхватила сочный член. Пожалуй, она ещё никогда не была настолько раскрепощенной с мужчиной в их первый раз.

— В спальню! — скомандовал сипло Бачо и подтолкнул Виту к выходу. Черт… Ей нравились даже его командирские замашки! Так нравились на самом деле! Она настолько устала что-то решать, нести на себе груз ответственности, что с большой радостью отдала бы мужчине это право. Да, ей положительно нравился этот медведь…

Падают на кровать, большие руки сжимают полную грудь, не жалея, не сдерживаясь, не боясь оставить следы. Да-да-да! Вот так… Черт, как же все-таки хорошо побыть иногда плохой девочкой! Какой он вкусный, какой ароматный… Его феромоны въелись в её кожу, она пропахла им, и какой это был коктейль! В нетерпении толкается бёдрами, трется, как кошка, о его ногу промежностью, требуя ещё большего. Бесстыдно оставляя влажные следы на его коже. Он рычит. Медведь… Как есть, медведь! Максимально разводит в стороны её ноги и лижет сердцевину, в то время как рука шарит где-то в тумбочке, отыскивая презервативы. Отстраняется на мгновение, ловко натягивает резинку и сразу же погружается внутрь.

— Ещё, Бачо, ещё… — Она не понимает, что кричит это вслух. Не отдаёт себе отчёта, окунувшись по маковку в удовольствие. Не замечает, как своими пятками жадно подталкивает мужчину, как красивыми ухоженными ногтями царапает спину, доводя его этими нехитрыми действиями до сумасшествия. Они кончают одновременно, сопровождая процесс громкими бесстыдными криками.

Даже три недели спустя Вита с замиранием сердца вспоминала ту ночь. Никогда в жизни ей не было так хорошо. Так остро, так сладко, так полно… Она постоянно думала о Бачо. Мечтала о том, что он её разыщет (ведь при должном уровне желания это не так уж и трудно сделать), и уже никуда не отпустит! В общем, дурак думкой богатеет, как говорится… На самом деле, конечно же, никто её не искал. Он, наверное, уже и думать забыл об их приключении. У него, небось, модели всякие в любовницах, что ему она — толстая, сентиментальная корова?! Ещё и двинутая на всю голову! Сбежала посреди ночи, сразу же, как только он уснул. Разве так поступают взрослые самодостаточные женщины?! Опозорилась только…

— Вита, ты слышишь вообще, что я тебе говорю?!

— А? Прости, Галочка. Задумалась. Так о чем мы?

— Нет, ну ты точно сама не своя в последнее время! Я о статье!

— Кто о чем, а вшивый о бане…

— Ну, знаешь ли… Тебе хорошие деньги за неё предлагают.

— Деньги — это хорошо.

— Так вот, этот ресторан совсем недавно получил мишленовскую звезду, ты в курсе… Первое заведение в городе с таким статусом, понимаешь? Ажиотаж невероятный. Киплиани в мыле, конечно, но мы убедили его в насущной необходимости дополнительной рекламы. Он согласился на короткое интервью и фотосъёмку.

— Киплиани? — сглотнула Вита.

— Вит, ты что, вообще меня не слушала?

— Почему же… Мишленовская звезда, статья в журнале, фотосъемка… А я здесь при чем?

— Все при том же. Кто у нас лучший ресторанный критик?! Мы хотели бы в статье разместить твоё мнение о заведении.

— Исключено!

— Это почему же? — заинтересовалась Галочка.

Вита замялась. Ну, не могла она рассказать подруге о ночи, которую провела со звездным шефом… Не могла — и все!

— У меня много мороки со своей кулинарной колонкой. Ты ж сама подкинула мне эту работу!

— Так это ведь то же самое! Только твою колонку поместят в большую статью с фотографиями…

— Ну, не знаю… Мне ещё на пробы идти.

— В новое кулинарное шоу? Не оставляешь идею попасть в жюри?

Вита пожала плечами:

— Ты сама сказала, что я лучший ресторанный критик в стране. А участие в шоу — это реальный доход. У меня, между прочим, Сашка в Массачусетский технологический надумал поступать. Денег надо будет — прорва.

— Губа не дура у твоего Сашки.

— Ты знаешь, какой он молодец.

— Знаю… Так я на тебя рассчитываю? Придёшь, поешь, напишешь рецензию? Ужин оплатит редакция… Вкусно будет, сама знаешь, что мишленовские звезды просто так не раздают… Ну, соглашайся! — искушала подруга.

— Я не успею подготовиться к прослушиванию на телевидении…

— Глупости какие! Там и так все тебя знают. Ты — лучшая.

— Я толстая, — всплакнула Вита.

— Ты что, себе цену набиваешь? — подозрительно поинтересовалась подруга. — По-моему, ты даже похудела в последнее время!

Галка была права. На нервной почве у Виты действительно пропал аппетит, и она скинула целых четыре килограмма. Но для того, чтобы выглядеть пристойно в кадре, этого не хватало… А она очень надеялась получить эту работу. Ресторанные критики много не зарабатывали, и только пробившись на телевидение, можно было рассчитывать на то, что больше не придётся крутить баранку, чтоб свести концы с концами.

— Вит, ну, выручай, а? Кто, как не ты, с твоим острым языком, опишет все прелести кухни Киплиани? А вдруг в святая святых удастся проникнуть? Увидишь шефа за работой?!

Вита чуть не подавилась вином, которое до этого пила. Рассказала бы она, что видела шефа и за работой, и за другими… Более интересными делами, да лучше промолчит.

— Сколько у меня времени?

— Две недели до выхода свежего номера. Так что, поторопись!

Вита и правда решила не откладывать в долгий ящик поход в ресторан Бачо. Наоборот, ей нужно было как можно скорее справиться со своей работой, ведь ожидание встречи с Ним в данном случае было смерти подобно. Женщина не знала, чего ей хочется больше — встретиться с Бачо, или сохранить своё инкогнито. Ведь вполне возможно, что они даже не увидятся. Шеф не так часто выходит в зал… Единственное, что Вита знала совершенно точно, так это то, что она должна быть на высоте, если их встреча все же произойдёт, поэтому к своему походу в ресторан она подготовилась основательно! Разорилась на парикмахера, освежила маникюр с педикюром. В который раз порадовалась, что ей не нужно волноваться по поводу гладкости в стратегически важных местах. Несколько лет назад Вита не пожалела денег на лазер и избавилась от ненужной растительности раз и навсегда. Мамочки… О чем вообще она думает?!

Уже сидя за столиком в ресторане, и дожидаясь свой заказ, Вита пришла к неутешительному выводу, что, скорее всего, из её похода ничего толкового не выйдет! Она настолько волновалась, что вряд ли смогла бы оценить выбранные блюда по достоинству. Ни о какой рецензии не могло быть и речи! Отставила бокал, вскочила… И тут же наткнулась взглядом на тяжёлый, изучающий взгляд. Вот же черт…

— Явилась! — бесцеремонно прокомментировал Бачо.

— И что ты этим хочешь сказать?

— Тебя где-то носило три недели! А сейчас что? Захотелось повторения?!

— Меня носило?! Ты в своём уме?

— Посреди ночи свинтила, как ворюга последняя! Мне пришлось пересчитывать столовое серебро…

— Пересчитывать серебро?! Да ты… Да ты… Индюк надутый!

— А что мне было думать?! Какой нормальный человек так поступил бы?!

— Ещё скажи, что хотел со мною проснуться! Мог бы поблагодарить меня за то, что я избавила тебя от неловкости утренней встречи!

— Дура!

— Что?! Ну, знаешь ли… — Вита гордо отвернулась и двинулась в сторону выхода, но мужчина не позволил ей этого сделать. Схватил за руку и потащил куда-то. Впихнул в комнату, щёлкнул замком двери.

— Т-ты, чччто это себе ппозволяешь? — заикаясь, выдавила из себя Вита.

— Даю тебе то, ради чего ты в действительности сюда пришла.

— Я пришла из-за статьи! — отчаянно запротестовала женщина. — Мне поручили написать рецензию на твой ресторан. Ты ведь в курсе, что сейчас готовят в печать материал о твоём заведении… Не можешь не знать… А я ведь ресторанный критик… — лепетала Вита. А Бачо, не обращая на ее слова никакого внимания, решительно усадил женщину на собственный письменный стол и дёрнул вверх подол её платья. Объяснения любовницы его мало интересовали. Гораздо больше мужчину волновало совсем другое — его горяченькая рыжуля, о которой он мечтал столько времени, наконец, снова с ним!

Руки проводят по бёдрам, перемещаются на талию. Бачо хмурит брови и стаскивает женщину со стола, волчком поворачивает ту к себе спиной и снова зажимает половинки.

— Ты что, на диете сидела? — недовольно интересуется, продолжая поглаживать полюбившуюся попку.

— Мне кастинг проходить… На телевидении, а там камера пять килограммов прибавляет… — прерывающимся голосом шепчет Вита, с которой вмиг слетели вся напускная холодность и безразличие.

— Никаких диет! Не потерплю рядом с собой сушёную воблу!

Она не спорит. Только выгибается сильнее навстречу его жадным рукам.

— Скажи: «Хорошо, Бачо. Никаких диет».

— Никаких, — всхлипывает женщина и стонет, потому что его руки, наконец, касаются ее трепещущей груди. Ладонь ныряет под чашечку лифчика, пальцы жадно сжимают отвердевший сосок, оттягивают его, заводя Виту ещё сильнее. Другая рука отодвигает в сторону трусики, и тут же член погружается внутрь. Она готова принять всю его длину, готова ответить на каждый агрессивный толчок. Руки хватаются за спинку кресла, в попытке удержаться. Бедра бьются о бёдра, изо рта вырывается первый крик, и тут же звонкий шлепок обжигает ягодицу: